Мастер Рун
Шрифт:
[Камень Бурь подключен к источнику. Идёт процесс накопления.]
[Процесс адаптации: 99%. Финализация через 1 час 47 минут]
[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Критическая нестабильность души. Рекомендуется избегать стрессовых ситуаций]
— Избегать? — я рассмеялся, и смех вышел нервным, истеричным. — Это какая-то тупая шутка? Что за финализация, черт тебя подери! И почему прямо сейчас?
Происходило что-то настолько странное, что это дало мне сил, я буквально почувствовал, как ускоряюсь и бегу, тратя при этом гораздо меньше энергии чем когда бегал до Тонкой Башни. Даже рюкзак казалось уже не так оттягивал плечи.
Очень скоро
Чего? Зачем они тут? Но очень скоро всё стало понятно: в город в панике бежали те, кого дождь застал за городом. Тащились переполненные экипажи и мчались всадники на взмыленных лошадях. Даже мимо меня, обдавая грязью, пронеслось несколько перепуганных горожан, долбящихся кулаками в каждую дверь.
— Милостивой Теерой просим, впустите нас, впустите нас! — хрипели и плакали люди, пытаясь хоть как-то укрыться от наступающего апокалипсиса.
Кого-то впускали, кого-то нет, и тогда обезумевшие от страха люди разбегались по всему городу от ворот, как букашки. Несколько здоровых мужиков выломали канализацию и полезли внутрь, а за ними, увидев шанс на спасение полезли и остальные, в том числе и прилично одетые женщины.
Мне пришлось снова прижиматься к стене, к краю улицы, чтобы меня не сбили с ног несущиеся всадники и кареты, лихо спешащие по разбитой мостовой.
— Быстрее, быстрее! Все в укрытие! Те, кто останется на улице, — умрут! — кричал кто-то сиплым голосом.
— Дождь скоро будет прямо в городе! В укрытие!
И всё это тонуло в общей панике и всеобщей истерике.
А звёзды всё падали и падали.
И тут я услышал вой. Не человеческий. Звериный, и от этого еще более страшный. Я резко обернулся на звук. Из-за угла ближайшего дома, ломая забор, выскочила знакомая тварь — костяная крыса, но огромная, размером с крупную собаку. Её кости светились красным, глаза горели как угли. Она увидела меня, ощерилась, демонстрируя клыки длиной с палец.
Мутация. Этер от падающих звёзд уже начал менять местную фауну, делая её максимально агрессивной и сильной. Даже в относительной безопасности катакомб сейчас можно было выжить только в районах, где есть мощная защита, у того же Ночного Хозяина, например. Вот она, главная проблема, материализовавшаяся передо мной.
Я моментально выхватил из-за пояса нож, добытый в недавней схватке, и развернулся к твари, принимая устойчивую позу. Она, не раздумывая, прыгнула, я едва успел отшатнуться в сторону, полоснув клинком по ее боку. Лезвие звякнуло, но лишь скользнуло по шкуре — кости под ней были твердыми, как сталь. Тварь ловко развернулась на месте и прыгнула снова. Я попытался нанести укол сверху, целясь в уязвимую шею, но она увернулась с кошачьей гибкостью и впилась острыми зубами мне в рукав. Ткань порвалась, и я почувствовал острую боль, клыки прошли по коже, оставив глубокие, жгущие царапины.
Рывком, с криком я отбросил крысу от себя. Она отлетела, ударилась о стену, но тут же вскочила на лапы. Я прижался спиной к камню, сжимая рукоять ножа. Моя очередь. Когда она прыгнула в третий раз, я не отступил. Наоборот, я шагнул ей навстречу, под низкий прыжок пригибаясь, и изо всех сил вонзил нож вверх, под ребра, в незащищенное костями брюхо. Лезвие вошло глубоко, по самую рукоять.
Тварь дико взвизгнула, забилась в судорогах, слетая к стене вместе с застрявшим в ней ножом, и попыталась дотянуться до меня, получая по морде и голове моими кулаками. Я бил ее, не помня себя, пока она не затихла, позабыв про второй нож, а затем с отвращением отшвырнул окровавленное тело ногой в сторону.
Руки тряслись от выброса адреналина.[Навык повышен: Кулачный бой — 4]
Я механически достал и вытер лезвие о шерсть твари, спрятал его обратно, и тут заметил, что глубоко в ране что-то слабо мерцает. Недолго думая, снова достал нож и, понимая, что задерживаться смертельно опасно, всё равно, вспоминая, как мастерски разделывал кабанов дядя, повторил его движения, вскрыл грудную клетку, вытащил дымящееся сердце и оттуда — небольшое, теплое ядро. Протер его о штаны. Воды для промывки не было, и я просто засунул трофей в скинутый на землю рюкзак, а затем, взвалив его снова на плечи, пошел к воротам, с горечью понимая, что всё, что я сейчас делаю, от добычи ядра до бегства, — полностью бессмысленно в масштабах происходящего. Куда я иду? Прямиком навстречу смерти?
Да и повышение боевого навыка нисколько не обрадовало, оставив во рту лишь горький привкус.
Минут через десять, запыхавшийся, я уже стоял у распахнутых настежь городских ворот, глядя на ту сторону, где кончался город и начиналась неизвестность, словно не решаясь сделать последние, решающие сто шагов.
Стены, толстенные и неприступные, возвышались надо мной грозной громадой и давили своей монументальностью, напоминая о границе между двумя мирами. Город, со всеми его опасностями — всё же более спокойное место чем то, что находится за ним.
— Зачем мне туда надо? — Проговорил я сам себе, пытаясь заглушить внутреннюю панику.
Ответ был очевиден и горек. В городе мне больше нечего делать. Я — обычный смертный. Человек второго сорта, на чье слово всем, кто имеет хоть малую толику силы, просто наплевать. Потеряв дядю, или просто пропустив момент встречи с ним, я лишился последнего возможного защитника и покровителя. Пусть у меня и сформировалось о нём далеко не самое лучшее мнение. Слишком много странностей, полуправды и откровенного подвоха было в его поведении и личности.
Почему-то я был почти уверен, что дядя, будь он на месте, поступил бы со мной точно так же, как, несомненно, поступят Вейран и любые другие, кому достанется «Помеченный богами». Убьет и переработает на пилюлю. Ждать от него каких-то родственных чувств или сантиментов было бы наивно и нелогично. Этот вопрос еще предстояло осмыслить. Так как лично для меня, отдельно от воспоминаний Лео, всё выглядело однозначно.
Этот скользкий тип, что-то скрывая, преследует свою цель, на которую он положил долгие годы и ради которой не пощадил даже родного племянника, заражая его системой и подсаживая вторую душу. Пусть он, возможно, и не знал о последнем. К черту его. Пропавшего рунмастера Валериуса Фаррела — к черту. Вейрана, что Корнелиуса, что всех остальных, тоже к черту. И Тинга с его загадочным дедом — тоже туда же, в небытие.
И все эти путаные мысли — к черту.
Лео хочет назад, в свою спокойную деревню, к привычной жизни. А я… я хочу куда-нибудь подальше от этой безумной гонки на выживание, и взглядов на меня как на раба или ценное имущество. Мне нужен покой, тишина и неспешное развитие. Нужно понять и разобраться с собственными силами. Без драк, конкуренции и проблем.
— Ты или валишь, полудурок, или остаешься тут навсегда? — сквозь нарастающий грохот разрывающихся в небе метеоритов я услышал хриплый, раздраженный голос и повернулся. У подножия стены, возле пустой, брошенной телеги, сидел старый, изможденный мужчина, совсем седой, с длинной, спутанной бородой. Рядом с ним валялась простая палка с набалдашником, видимо, он опирался на нее в пути. Но силы, видимо, окончательно покинули его, и он остался здесь, брошенный. Да, скорее всего, его бросили, судя по одинокому узелку с пожитками.