Кома
Шрифт:
– А как же квартира?
Я оторопела.
– Какая квартира? У меня здесь только дом.
– Дом, - усмехнулся брат, - а ты в курсе, что после смерти Иде у главного нотариуса обнаружилось его завещание, по которому все его имущество, включая квартиру, дом за городом, машины, инвестиции и прочее наследуешь ты?
Икебана сама собой выскользнула у меня из рук.
– Шутишь?
– Нисколько. Он составил его в день, когда разбился, похоже, от тебя поехал прямо к нотариусу. Как чувствовал, что ему долго не жить... А знаешь, что самое странное? В конце бумаги стоит приписка, что в случае если он окажется на грани смерти, он обязывает врача или любого другого человека избавить его от мучений. Именно
Я все больше и больше поражалась тому, насколько Идео все предусмотрел, насколько продумал все мельчайшие детали, стараясь облегчить мне жизнь после возвращения.
– А кто меня нашел?
– задала я давно интересовавший меня вопрос.
– Я нашел. Думаешь, я не знал, что в тот вечер ты сбежала на свиданку, и не видел, как вы возвращались вдвоем?
– Шпион, - зашипела я.
Он рассмеялся.
– Еще и предатель, между прочим.
– Ага, так все-таки это ты донес блондину, что я из реки вылезла? Убить тебя за это мало, - я замахнулась на брата подушкой.
– Ну ладно тебе, - попытался он защититься, - если ты ослепла от коктейля любви и собственной вредности, то я сразу догадался, чье колечко ты прихватила. Так что я всего лишь направил события в нужное русло.
– Предатель, - гундосила я, методично приземляя подушку ему на голову. Впрочем, скоро я устала и прекратила это занятие - мое здоровье еще не позволяло мне вести продолжительные бои. Я распласталась на кровати, чтобы хоть немного отдышаться.
– А откуда ты знал, что я там?
– А я не знал, просто унюхал, что газом пахнет.
– Я же все двери заперла...
– Да уж, - невесело усмехнулся он, - причем на совесть заперла. Мне пришлось лезть через балкон и стекло выбивать, чтобы тебя оттуда вытащить.
– И до сих пор стекло разбитое?
– забеспокоилась я.
– Нет, вставил уже, чтобы ты потом меня не обвинила в посягательстве на собственность, - захихикал брат, - засудишь ведь, еще пожалею, что спас.
– Ага, - мечтательно протянула я, глядя в потолок, - посадят тебя в кутузку, там много симпатичных хулиганов...
На этот раз подушка приземлилась на мою голову.
– Что?
– завопила я обиженно, - Чего я такого сказала?
– А ничего, - прошипел Янек, - нечего мне тут такие вещи говорить, я девушка верная...
– он осекся, - ой....
Я аж согнулась от смеха.
– Надо же, - подвывала я, - верная девушка нашлась! Ой, не могу... Хочешь, я тебе юбочку одолжу? На твоих ножках она неплохо будет смотреться.
– Придушу, - зашипел брат и накинулся на меня с подушкой, - прекрати ржать! Оговорился я, подумаешь!
– Я продолжала завывать, - замолчи, тебе говорят!
– Кхе-кхе, - раздался вдруг вежливый кашель, - я не помешал?
В дверях стоял Кейт.
– Вижу, вы опять развлекаетесь?
– Кейтик, - бросился к нему Ян, - она меня совращает!
– Ну, - протянул Кейт, - думаю, это нетрудно...
– Она пообещала меня посадить в кутузку к симпатичным хулиганам! плаксиво ябедничал брат.
– Хи-хи-хи, уверен, тебе понравится....
– Вот и я то же говорю, - я отняла подушку, взбила и засунула себе под голову, - а он не верит, говорит, что он верная девушка и тебе не изменяет. Как ты смотришь на то, что я одолжу ему свою юбочку?
Кейт заценил Янекову нижнюю часть.
– Не знаю, если только длинную. Мне кажется, у него ноги кривоваты...
– Вы сговорились!
– с этим воплем Янек вылетел в коридор.
Подхихикивая, Кейт присел ко мне на кровать.
– Ну, подруга, как самочувствие?
– Ничего вроде, - ответила я , разглаживая одеяло, - только слабовата я пока, вставать не могу, голова
кружится.– Это пройдет. Вот увидишь, еще максимум недельку проведешь на койке, а там мы втроем поедем в деревню рыбку ловить.
– Слушай, Кейт, - вдруг спросила я, - мне вот интересно, ты что, никогда не ревнуешь?
– В смысле?
– Ну Янек постоянно склоняется на мою сторону, тебя это не раздражает?
Он пожал плечами.
– Да нет. Просто вы очень близки по духу, первая любовь и все такое... Может быть, ему не хватает галочки в графике, типа он с тобой... ну того, значит можно начинать новую жизнь... Это как будто старый должок, который он никак не отдаст. А отдаст, тогда и успокоится, - он почесал затылок, - кроме того, ну не могу я к тебе ревновать, я сам к тебе как к сестре привык. Так что если что, я буду не в обиде, все равно это произойдет рано или поздно. А к другим он не клеится, ни к мальчикам, ни к девочкам... Так что на мой взгляд все в порядке.
– Ну ладно, - успокоилась я, - главное, чтобы вы из-за меня не поссорились.
– За это не бойся, - улыбнулся Кейт, - я его так просто не выпущу. Ладно, - он отбарабанил какой-то мотивчик на коленках, - пойду я его ловить, а то он с горя в коридорах заблудится. Мы еще заглянем на днях, хорошо?
– Давай, - подмигнула я, - до скорого.
Он помахал мне ручкой и вышел.
Отдыхать мне особо не давали, то и дело приходили делегации родственников и знакомых, а то и просто незнакомых людей. Они в неимоверных количествах таскали цветы, так что у меня скоро образовалась настоящая оранжерея, конфеты, от которых меня уже тошнило и воздушные шарики, по количеству способных забить средний цирк целиком. Они приходили, жали руку, обливались слезами, благодарили Господа что я жива, сочувствовали и выражали соболезнования. К концу моего пребывания в больнице я уже настолько устала от этих визитов, что мечтала только об одном - запереться дома и никому не открывать, забаррикадировать дверь чем-нибудь тяжелым, растопить камин и в полной тишине и одиночестве пить кофе. Кто знает, может, Дьявол возьмет кратковременный отпуск и навестит меня...
Когда меня выписывали, собрался практически весь персонал больницы, а на улице меня ждала приличная толпа. Медсестрам я раздарила все, что мне натаскали сердобольные горожане и, сдается мне, запаса шоколада им хватит теперь лет на пять. Поддерживаемая с одной стороны братом, с другой Кейтом, я вылезла из холодных кафельных коридоров на солнце, погрузилась в такси и под улюлюканье толпы поехала домой.
Дома меня ждала Моника с домашним обедом. Она уже успела все прибрать и приготовить к моему приезду. Я аж прослезилась от такой заботы. Хорошо все-таки, когда есть такие друзья... Но какими бы хорошими они ни были, через пару часов я их выгнала и наконец-то ощутила долгожданное одиночество. Мне предстояло многое обдумать.
Развалившись на ковре у камина, я лениво помешивала кофе и пялилась в огонь. Иде свободен, Джо и Шейн уже на месте. Я, хоть и тут, тоже уже вступила в права. Получается, команда укомплектована? Если думать практически, то да. А вот если думать логически... то не совсем. Чего-то все равно не хватает, точнее, кого-то...
Другая проблема - теперь, когда я считай здорова, мое равнодушие к смерти Иде может показаться людям подозрительным. Поначалу все списывали его на стресс, послекоматозное состояние и так далее, но теперь у кого-то могут появиться нехорошие мысли по этому поводу... Что мне делать? Устраивать истерики поздно, их надо устраивать или в самом начале, или вообще не устраивать. Подумав над проблемой, я наконец выбрала тактику - будем считать, что от горя я полностью замкнулась в себе и ни с кем говорить не хочу, а для подтверждения подобной теории можно пару раз на публике пустить слезу, как будто тайком, но чтобы все видели. Да. Это будет как раз то, что надо.