Кома
Шрифт:
Воображаемая яма за камином становилась все глубже и глубже... Размеренно стучал заступ. Еще одно слово - и я погребу мерзкую болтушку раз и навсегда.
Брат всегда был для меня самым близким человеком. Кому еще довериться, если не ему? Может правда, взять и все рассказать? Во-первых, на душе сразу станет легче, когда есть с кем обсудить и кому довериться, во-вторых, моя голова не слишком приспособлена к логическому мышлению, может, он сумеет понять, что тут к чему? За сохранность информации я не опасалась - Янек никогда не был болтуном, наоборот, из него слова не вытянешь,
Я посмотрела внимательно в его глаза.
– Клянешься, что никому ни слова?
Он удивленно поднял брови.
– А разве все так серьезно? Ну влюбилась ты, ну опростоволосилась...
– Не-ет, дорогой, - многообещающе протянула я .
– Не все так просто. Если бы я просто влюбилась, то и не беспокоилась бы. Ты же меня знаешь. Пошла бы в прямую атаку, а в случае провала поплакала бы и потом плюнула с высокой горы. Или все, или ничего. А если ничего, то и страдать нечего. Нет, малыш, тут заварилась каша покруче. Чертовщиной попахивает.
– Да ладно тебе выдумывать!
Я раздраженно скинула его руку с плеча.
– Да, я сумасбродка, да, я постоянно выкидываю всякие штучки, да, я хулиганю...
– Штучки? Да ты способна весь город на уши поставить за десять минут. Ты не сумасбродка, а настоящий циклон!
– Хорошо, - уступила я, - подойдем к вопросу с другой стороны. Ты когда-нибудь слышал, что я верю в магию?
Брат задумался.
– В инопланетян ты точно веришь. Еще лет семь тому назад на даче ты устроила на них охоту...
– Я серьезно.
– А если серьезно, то ты из тех, кто не поверит, пока не увидит.
Наконец-то.
– Правильно. А теперь подумай, если я так сильно обеспокоена, значит...
– Значит что-то произошло, что тебя убедило и взволновало. А причем тут Дьявол?
– Оставь пока Дьявола в покое. Я совсем не уверена, что он имеет ко всему отношение, но он подозрительно хорошо вписывается во все это.
Янек раздраженно рявкнул:
– Ну ты наконец мне расскажешь, что с тобой было, или мы так и дальше будем тянуть резину за хвост?!
– Кота, ты имел в виду..
– Да, - ответил он поспокойнее, - конечно, кота. Я иногда путаю эти русские выражения.
Хорошо, что только выражения...
Ладно, уселась я на подушку верхом и выложила Яну всю правду, с самого начала. Над Олафом он, конечно же, посмеялся, никогда его не любил. Но чем дальше я рассказывала, тем больше вытягивалась его физиономия. Я рассказала все - и про кольцо, и про кроликов, и про один и тот же повторяющийся сон, все абсолютно.
Когда я закончила, он долго сидел молча, уставившись в окно. Осмыслял, полагаю. Затем спросил:
– Значит, кольцо исчезло?
– Нет, оно у меня на руке.
– Но его не видно.
– Зато я его чувствую. Даже ты заметил, что я руку странно держу - я к нему еще не привыкла.
Он взял мою руку и стал медленно, методично
прощупывать пальцы. Из него хороший хирург выйдет, - подумала я. (Он действительно собирается стать хирургом. Прим. Автора)– Я ничего не чувствую. Все нормально.
– Зато я чувствую. И покоя мне больше вообще в жизни нет. То свет по ночам, то бумаги горят, то ...
– Что?
– спросил он.
– Дьявол падает...
– А он при чем?
– Не знаю. Но я тебе сказала, как-то все странно выходит. Сначала приезжают сразу трое странных типов, потом у меня начинается чертовщина. Как-то все непонятные события происходят в одно время, что позволяет думать, что они связаны...
Я наклонилась низко-низко, прямо к его уху и прошептала:
– А глаза у Дьявола все-таки не голубые, а фиолетовые. Ярко-фиолетовые.
– Фиолетовых глаз не бывает, - медицинским тоном ответил он, - пигмента такого нету у человека.
– А может он не человек?
– Ну да... Приходит вечером домой, снимает земную оболочку, и ложится в кислородную ванну, чтобы зеленая кожа не морщилась. Не выдумывай.
Я тяжело вздохнула.
– Ладно, время покажет.
На дворе уже была ночь - такая светлая, июньская ночка, теплая и уютная.
– Где эта дура шляется?
– Ян уже начинал волноваться за Клеопатру. Их мама уехала в деревню, так что он за нее отвечал.
Он вышел в гостиную и позвонил некому Марку, нынешнему приятелю сестры. Как выяснилось, она решила остаться там ночевать.
– Ну и фиг с ней, - заявил он, бросая трубку, - Я ей пачку презервативов на День Рожденья подарил, теперь пусть сама выкручивается.
– Пойду я, что ли...
– я встала с дивана.
– Может, тут останешься? Тебе , наверно, страшно одной.
Ответить я так и не успела, раздался звонок в дверь. Янек пошел открывать, я за ним. Он почему-то вошел в ступор. Выглянув из-за его плеча, я увидела высокого симпатягу с каштановыми волосами ниже плеч. Судя по реакции Янека, скорее всего, это тот самый Кейт. Ничего мордашка, кстати.
– Прет, - заявил этот тип, ничуть не смущаясь и махнул хвостом. Или мне показалось, что сзади мелькнул черный кошачий хвост? Ерунда какая... померещилось, наверное. Судя по выражению на лице брата, он не заметил бы даже копыт и хобота...
Ладно, похоже, ночь признаний еще не закончилась, не стоит им мешать... Я быстренько вернулась в комнату, сгребла в охапку вещи, отодвинула остолбеневшего брата и мило улыбнувшись гостю, помахала ручкой:
– Завтра зайду, - и полетела вниз по лестнице.
Обожаю летние ночи в Пярну. В июне ночи достаточно светлые и очень теплые. Сверчки пищат в канаве у дороги и поет соседский кот, наверно, к нашей кошке в гости собрался. Я не торопясь трусила мимо детского сада домой. Дошла до перекрестка и тут услышала пьяные вопли. Прямо мне навстречу шла какая-то разудалая компания, выписывая на проезжей части уверенные синусоиды. Ну что тут делать? Идиотов везде хватает, и совсем необязательно с ними встречаться. Пока они меня не заметили, я шмыгнула в дыру в соседкином заборе.