Чтение онлайн

Медной тусклой проволокой к знакомому окошку прикручена табличка: "Камера хранения переведена в помещение вокзала". Женя недоуменно смотрит на меня, и выражение какого-то преувеличенного удивления в ее больших светлых глазах сменяется другим: она как будто подозревает сговор. В тридцати шагах от нас по-прежнему лениво и бездумно плещется море.

...И ПОСЛЕДНЕЕ, ГЛАВНОЕ

Не люблю хостинский вокзал. Многолюдье в отпуске противопоказано. И все же я несколько раз пытался заглянуть

туда... в окошко камеры хранения. Незнакомку я, разумеется, не встретил. Зато встретил Женю. Это произошло поздним вечером, и она, как мне показалось, смутилась. Я был смущен не менее.

Что же удалось выяснить? Что там работает отныне мужчина, и он непохож на того типа в очках, которого я приметил в старом помещении, под эстакадой. Работает он там, насколько мне известно, и по сей день. Кажется, камеру хранения поз же перевели на старое место. Незнакомка больше не появлялась. Думаю, она поплатилась все же за неопытность. С вещами в камере хранения пока не происходило ничего загадочного, голубой комнаты как не бывало. И это лишний раз говорило о серьезности случившегося.

Однажды на набережной я засмотрелся на зеленый камень в перстне. Молодая высокая грузинка стояла с подругой в нескольких шагах от меня. Камень на тонкой красивой ее руке живо напомнил о незнакомке.

Вот когда вспомнился странный сон! И светлый круг на стекле вертолета, и сломанная игла в оконном переплете... Камера хранения под эстакадой закрыта не случайно: ведь это вмешалась вторая женщина с зеленым гранатом. Наверное, это совсем обычная с виду женщина, а узнать ее можно по лучистому камню. О ней говорила со мной во сне незнакомка! ("Узнать предупредившего я могла бы по зеленому гранату. Такому, как у меня. Разве что крупнее и ярче".
– "Значит, это женщина?" - "Женщина. Только... как это сказать... выше рангом..." - "И она здесь?.. Та, другая?" - "Выходит, здесь".)

...Я потянул Женю. Она освободила свою руку. Я подошел к девушке-грузинке. Мне запомнилось ее имя: Теа. Подруга ее вставила словцо:

– Все же Теа не продавщица ювелирного магазина, чтобы спрашивать у нее о драгоценностях.

– Ну что ты, Нина, - возразила ей Теа.
– Если человек хочет узнать, что это за камень, я отвечу. Мой родной дядя Гиви подарил этот перстень мне в день рождения.
– И Теа царственно подняла руку и показала мне его, и я убедился, что это не совсем то.

– Камень вам очень идет, - произнес я, памятуя, что Женя, вероятно, наблюдает сценку.

– Очень!
– ответила подруга с акцентом (в грузинском языке нет ударений): - У Теа зеленые глаза, а у дяди Гиви хороший вкус.

– Спасибо, Теа. Спасибо, Нина, - скомкал я разговор, пытаясь быть учтивым.

Подруга Нина пожала плечами. Я вернулся

к Жене, она холодно сказала:

– Интересуешься зелеными камушками?.. Это хризолит, а вовсе не гранат.

– Теперь я это знаю. Спасибо.

Чуть позже я вспомнил этот эпизод, но тогда меня уже не удивило, что Женя на расстоянии нескольких шагов смогла рассмотреть, что это не гранат, во всяком случае, не тот гранат, который я искал.

Мы пошли на пляж. Искупались. Знакомая электричка промелькнула в послеполуденный час над берегом. Аромат смол, пологие волны, красноватая галька, тишина... Мгновенное, щемящее чувство утраты. Или, быть может, предчувствие тревоги...

– Я сейчас уезжаю, - спокойно произнесла Женя.

– Как это - сейчас? А вещи, чемодан?

– Чемодан мне больше не понадобится.

– Шутить изволите!

– Нет. У меня всего несколько минут...

– Почему же ты меня не предупредила?
– воскликнул я.

– Ну, знаешь... меня вовсе не надо провожать. Я сама.

– Сама!..
– повторил я и осекся.

Женя поспешно собиралась, а сумочка ее оказалась открытой, и я заметил внутри большой зеленый камень. Я замолчал как завороженный. Наши глаза встретились. Она тянула сумочку к себе. Но продолжала смотреть на меня. Перстень выскользнул на гальку. И подкатился к моему локтю. Еще не осознавая происшедшего, я поднял его. Отполированные грани сверкнули, и под ними грозно вспыхнул белый огонь.

– Гранат...
– бормотал я смятенно, разглядывая камень, - такой я уже видел...

– Дай-ка, - тихо сказала она.

Я понял все; некстати выдавил из себя:

– Я никому не скажу, - и вернул ей камень.

– Можешь рассказать, если захочешь. Разве поверят?
– Она улыбнулась.

– Значит, я тебя не буду провожать?

– Это невозможно.

– Непонятно, зачем тебе нужно было оставаться здесь так долго. Когда тебе вернули в камере хранения кофточку и ты обнаружила ошибку, все могло быть кончено. Ведь ты из-за этого сюда пожаловала?

– Но потом... был отпуск, каникулы, - проговорила она, а я подумал, что этот ответ ей вполне мог подсказать зеленый гранат.

– Я сама так решила.
– Она поднялась.
– И ни о чем не жалею.

Там, где были ее колени, в мелкой красноватой гальке остались две продолговатые ямки. Рука ее легла на мое плечо. Гранат полыхнул зеленым огнем и оказался на ее безымянном пальце.

– Странно, что я не носила его на руке все эти дни, правда?
– она наклонилась, словно хотела что-то добавить, но передумала.

...Я смотрел ей вслед, пока глазам не стало больно от ослепительного солнца.