In the Deep
Шрифт:
Хватит, Аска. Хватит.
— Обрабатывается, — глухо сказал Синдзи. — П-пришли уточненные данные сканеров. Лужа протобионта занимает пятнадцать к-квадратных километров. П-почти идеальный круг.
— Дай угадаю. Центр круга — база?
— Да. Если т-точнее — оранжереи.
Я фыркнула. Ну еще бы: это там, где возится какая-то крупная дрянь.
— К-как выжившие? — спросил Синдзи.
— Как найдем — скажу.
В эфире повисла нехорошая тишина.
— Эээ… — выдавил наконец Синдзи. — Т-ты только что прошла мимо одного… А т-теперь и Рей.
Я остановилась, упала на колено и описала стволом широкую дугу. Рей тоже притормозила и теперь
— Синдзи, — позвала я. — Сканеры не сбоят?
— Н-нет.
— Я тоже ничего не вижу, — отозвалась Аянами. — Но в коридоре странный переменный фон.
Радиация и впрямь скакала — на несколько микрозивертов в минуту, но это не может обмануть сенсоры фрегата, вот прямо никак-никак не может. И тем не менее. Коридор словно бы пульсировал, мое сердце рвалось ему навстречу, в горле стоял шипастый комок — и все это происходило одновременно и со мной.
«Чертовы нервы, чертовы нервы…»
Лучи света, как назло, выхватывали из темноты кровавые мазки по стенам и на полу, зеркальное забрало шлема Рей, в памяти снова дрожью отозвались объеденные тела. Я скрипела зубами, понимая, что могу сорваться в кромешную панику, что вот-вот все охватит ужасная мысль… Нет-нет-нет-нет!
«Я снова сплю?!»
Черт.
Что делает инквизитор в аномальной ситуации? Оценивает обстановку. А что делает сумасшедший инквизитор? Вот-вот. Он проверяет, не глючит ли его. Я сцепила зубы и принялась вспоминать свои действия, логику мира, последовательность событий, а цепочки сами потянулись в прошлое, соединяя отдельные моменты. «Хорошая память, хорошая». Память виновато развела руками: да, мол, я хорошая. Извини, мол, но это все по-настоящему.
— Вперед, — кашлянула я. — Потом разберемся, что за дрянь здесь происходит.
Это все фигня. Раз по-настоящему, значит, это просто жестокий космос и тупые люди, а не больная голова. «Молодец, Аска, — криво улыбнулась я. — Никогда бы не подумала, что буду радоваться такой реальности».
Коридор повернул, и, судя по неловкой возне на «Сегоки», там снова видели фантомов, но нас с Рей решили больше не расстраивать. Я прикидывала, почему так бывает: сенсоры видят, а люди — нет, и ответы относились все больше к разной мистике. Еще бардак на термографе можно оправдать, но биометрические системы искали людей не по теплу. Ошибка позиционирования? Хм.
— Синдзи, проверь шкалу высот и перегенерируй соотношение био- и пространственных локаторов.
— М-минуточку.
Я водила скорчером по сторонам уже безо всякого фанатизма. Ну подумаешь — призраки. Условно живая пакость, которую мы почему-то не видим. С кем не бывает, правда? В наушниках смущенно кашлянули, потом хихикнула Майя, и я нахмурилась.
— Эм, т-тут такое дело, — виновато сказал Синдзи. — Биометрия наврала. Люди п-под вами.
За спиной у Синдзи народ облегченно обменивался репликами, а вот мне было как-то невесело, даже ругать обормота расхотелось — пусть он со своим растяпством и напугал меня.
— Молодец. А теперь расскажи мне, с каких пор у базы «Ируил» есть подземный комплекс.
Веселье стихло, а мне захотелось в сердцах оплевать себе забрало изнутри. Ну что за дерьмо-то, в самом деле?
— Он есть.
Я оглянулась на
Аянами. Теперь блики моих фар складывались на ее забрале в какую-то совершенно жуткую маску. Или это там отражались мои собственные мысли.— Но н-на сенсорах и правда… — неуверенно начал Синдзи.
— Я едва чувствую его, — сообщила маска, глядя на меня. — Вероятно, он экранирован.
— Гм, — озадаченно сказала я. — А биометрия?
— Управляемый экран, — подсказала Майя. — Настроен не на все частоты.
Логика тут, конечно, была: допустим, люди внизу и не должны были находиться. Но все же, мать вашу… Закрытый от средств наблюдения подземный комплекс базы. Базы, на которой трупы едят, а потом складывают в комнату. Я улыбнулась: было бы неплохо туда рвануть, отыскать вход — чтобы уж по всем законам ужасов, благо антураж соответствует, не грех и героине подтянуться.
Только это фиг вам. Забрать данные, сделать ноги и взорвать к херам эту базу. Я сбилась с шага: мысль о взрыве была неожиданной — откуда-то из прошлого была эта мысль, из славного и героического прошлого, где «во имя Империи, Первого гражданина» и все такое. Чертова мысль была внезапна, но неимоверно приятна.
«Останется время — перезагружу стержни реактора. И гори оно все красивым пламенем».
Я выбила дверь на лестничный пролет — обычную петельную дверь — и показала жестом Аянами: после вас, фройляйн. Рей неторопливо вошла туда и принялась подниматься. «Сканер ходячий», — выругалась, вспомнив о способностях гвардейца. По крайней мере, это означало, что наверху чисто.
Лестница выглядела чистенько, но в паре мест стены попортили ударными патронами, и, судя по брызгам металла, стреляли в упор. Крови или обгорелой органики не было. Я поймала себя на том, что мысленно перебираю ругательства, и прикусила губу.
Сука-сука-сука-сука-сука.
Треклятая база сдувала с меня остатки крыши, я уже готовилась увидеть один из своих воскресших кошмаров наяву, я готовилась встретить за поворотом Хикари, увидеть исковерканный трупик девочки в персиковом платьице, готовилась…
— Стой.
Рей загораживала мне путь, мы шли уже по коридору третьего этажа, а у меня между лопаток дрожала капелька предательского пота, и системы биоочистки будто в издевку не спешили что-то с этим решать.
— Там человек, — сообщил шелестящий голос Аянами. — Вооружен, взволнован.
«Там» — это был, если верить схеме, тот самый административно-командный центр, где находились наши данные. Я облизала губы: по теперешним моим представлениям, любой контакт с местным стоило начать парой выстрелов в голову. А ведь как все хорошо планировалось: обмен сигналами с «Ируилом», спускаемся мы с обормотом, забираем данные, я слушаю милый заботливый треп…
— Ты тоже взволнована, — добавила Рей. — Перестань.
— Как только — так сразу, — буркнула я, поднимая скорчер на уровень глаз. Эти самые глаза отчаянно слезились, и смаргивание помогало плохо. Я ухватила оружие обеими руками и двинулась к двери. «Сейчас ты у меня попляшешь. Я тебя не знаю, но ты у меня в такой кошмар попадешь, что все-всесразурасскажешь».
Тычок в контрольную панель — шаг внутрь.
В темном помещении блекло светились экраны — половина даже не голографические. На их фоне выделялся оператор — высокий, судя по всему, человек, который сидел в кресле перед командным пультом. Я наметила его затылок приоритетной целью и бросила взгляд на экраны.