Чтение онлайн

– Ну, большой, – вынужден был согласиться Вадим. – И что?

– А то! – Тимур, навалился на инструмент всем весом. – Все горы южного полушария – это результат осколочного выброса из кратера. Оцени энергию столкновения. И какая волна ударной, мать ее, деформации, прошлась по планете!

Вадим еще раз вспомнил марсианский глобус и присвистнул.

– Во-во! – подхватил Тимур. Выкинул снег прочь и принялся нагребать следующую порцию. – Если и были там какие марсиане, то закопало их всех глубже, чем Помпею с Геркуланумом. И «лишь печальные ветры седые панихиду поют», так сказать… Может, когда-нибудь и удастся до тех слоев добуриться… Но я лично сомневаюсь, что

там что-нибудь найдут. Потому как с доказательствами наличия жизни на Марсе тут получается нестыковка. Улавливаешь?

– Честно говоря, не очень… – признался Вадим.

– Да весь рельеф, существовавший до того, был полностью уничтожен. Понимаешь? Все эти «речные русла» – появились уже позже. Они просто не могли пережить такой катаклизм.

– Но если они все-таки есть… – попытался возражать Вадим.

– То откуда они взялись? – закончил за него фразу сообразительный летчик.

– Ну, да… – подтвердил Лунин, в принципе, уже сложивший два и два. – Астероид растопил вечную мерзлоту?

– Не совсем. Там, конечно, тепла выделилось до хренячьей мамы… Но это была кратковременная вспышка, довольно быстро рассеявшаяся. Однако направление мысли у тебя верное.

– И что же там приключилось?

– Не столько там, сколько по всему Марсу. А особенно на другой стороне планеты… Ты давай – лед-то долби! А то мне выгребать нечего…

– А, да… – Вадим снова принялся колотить киркой. – Так что там было? И почему на другой стороне?

– А на другой стороне находится основное последствие этого столкновения. Возвышенность Фарсида как тебе – сборище самых больших вулканов в Системе?

– Ну… Впечатляет.

– Не тебя одного… Но главная примечательность этой Фарсиды в том, что располагается она как раз в диаметрально противоположной точке от Эллады.

– Да что ж в этом примечательного?

– А то, что возвышенность эту выперло как раз в результате падения астероида, пробившего кору в Элладе. То есть мало того, что полпланеты завалило обломками, а поверхность перекорежило – так и недра ей тоже хорошо взболтало. В результате началась вулканическая активность. И сейсмическая. Вот тут-то температура поднялась на достаточно длительный период, чтобы вызвать большое таяние подповерхностного льда, вывернутого наружу землетрясениями… тьфу, марсотрясениями то есть. Вот тебе и реки.

– Что, серьезно?

– Ну, точно пока не установлено. Для этого надо по всему Марсу изыскания проводить, но не было же возможности… А по совокупности, именно такая картина и получается. На какое-то геологически короткое время поверхность Марса прогрелась, атмосфера стала плотнее. Но затем все успокоилось. Лишняя вода и газы испарились. Или обратно застыли. Все вернулось к естественному состоянию. И никаких тебе марсиан!..

4

Через два часа Кремер оповестил всех, что смена закончена.

Воткнув обрыдшие уже инструменты на месте работы, Лунин с Саитгиреевым и остальными копателями потрусили к «Кузнечику». В бортовом комплекте челнока было только полтора десятка андроидов на пятьдесят членов экспедиции. И чтобы работа шла непрерывно, приходилось менять носители. При этом тем, кто не входил в состав спасательной партии, доставались «тела с чужого плеча». Это, конечно, не устраивало ни тех, под кого роботы были настроены, ни тех, кому они приходились «не по размеру». Но тут уж ничего нельзя было поделать: работу следовало выполнить как можно быстрее…

Вадим, отряхнув пыль с ботинок, залез в одну из мембран, чернеющих на нижней части корпуса челнока, почувствовал, как охватывает со всех сторон заполняющая отсек наножидкость, свернулся

в позе эмбриона… Через полминуты перед глазами появилась «рамка», показав транспарант «Отсоединение», а Лунин ощутил себя в «боковом» времени собственного внутреннего интерфейса. Вылез из кардана в «жилой бокс» и посмотрел на настенное табло. На табло ничего не было. Только минут через пять – скорость, однако!.. – мигнул сигнал подключения к общей сети, и Лунин вывалился в лишенный тяжести шлюзовой отсек марсианской базы, за неимением другой основы развернутой пока на «Кузнечике». Да, уровень реальности здесь был, не тот, что на Земле. И даже не тот, что на «Ореоле»… Как сказал бы Остап Бендер: «Это вам не Рио-де-Жанейро!»

Направившись вместе со всеми сменившимися в душ, Вадим вызвал Семенова, чья очередь сейчас была заниматься техобслуживанием андроидов:

– Как дела?

– Нормально, – доложил Генрих. – Повреждений нет. Сейчас подрегулирую кое-что – и можно будет выпускать следующую партию…

– Это хорошо, – оценил Вадим, слегка успокаиваясь. Хотя они проверили роботов на Земле, казалось, на все возможные обстоятельства, его все равно грыз знакомый всякому разработчику мандраж. Известно ведь: испытания – это одно дело, а реальная обстановка – совсем иное. Но, кажется, страхи его были напрасными…

– Хуже другое, – ответил Семенов.

– Что?

– Только что передали прогноз погоды. Начинается буря.

– …! – сказал Лунин, повисая посреди коридора. – Надолго?

– Неизвестно. Здесь ведь сам знаешь: может, пару дней, а может, и пару недель. От метеоспутников это не зависит… Причем нас она, похоже, не достанет. А вот Сидонию накроет точно. Кремер сейчас с Землей совещается. После обеда сообщит, до чего договорятся…

Вадиму захотелось поймать и обматерить Тимура, болтавшегося где-то неподалеку. Но Саитгиреева в поле зрения не наблюдалось. А где-то через полминуты Лунину удалось загнать раздражение обратно туда, откуда оно вылезло. Да и в чем был виноват пилот? В том, что точно так же переживал череду неудач, внезапно навалившуюся на них как раз когда они, казалось бы, почти справились с заданием? Песчаные бури на Марсе в это время часто бывают? Часто. Могла одна случиться именно сейчас? Могла. Вот и случилась… Вадим потряс головой и полетел дальше в бытовой отсек, где уже шумели работающие душевые. Хорошо, что удобства на станции не были запроектированы по экономическому варианту… А то бы пришлось мыться по одному. Или занимать заранее очередь для пользования нужником… Трудности Дальнего Космоса, блин…

Кремер действительно появился в кают-компании, когда все уже сидели с питьевыми тубами в руках и поглощали разнообразные соки.

– Ну, шо, орлы, – сказал он не очень весело. Но и не слишком мрачно. – И орлицы… На текущий момент у нас две новости…

– Что, одна хорошая, другая плохая? – перебил Тимур.

– Именно, – Витька бросил на него косой взгляд. – Первая – песчаная буря в районе Сидонии. Но Земля сообщает, что «Пегас» продержится. Хотя я не представляю, как…

– А в чем проблема? – спросил кто-то.

– Их даже две. Первая – конструкция «Пегаса».

– А с ней-то что?

– То, что он поломанный там лежит. И неизвестно, выдержит ли разбитый корпус воздействие урагана. Они, конечно, постараются закрепить дополнительно, но… Сами понимаете. Связи не будет все это время, поэтому уцелеют они или нет, мы узнаем только после того, как буря закончится. Но Центр Управления клянется, что все будет нормально, даже если она продлится долго…

– Долго – это сколько? – хмуро поинтересовался Дядя Федор.