Чтение онлайн

В то время село находилось во владении одного малолетнего мусульманина из знатного рода по имени Сеид-бек. Этот Сеид-бек назначает своим поверенным мусульманского ишхана Сару-мелика, сына Алихан-бека. Сару-мелик в присутствии свидетеля — важного мусульманского ишхана Шех-Борхана продает село полностью, со всеми угодьями, католикосу Григору за 8040 динаров. Восьмая часть этой суммы, равна 1005 динарам. Купчую крепость на эту продажу в Ереване в ... году мусульманской эры составляет ереванский кази [судья] по имени Заманатин и утверждает собственной печатью, а также свидетельствами и печатями многих знатных мусульман. Но в том же году одна мусульманка по имени Мелик-хатун, дочь некоего мусульманина Пир-Хусейна, родственница упомянутого Сеид-бека, вступает в спор, заявляя, что село принадлежит ей, и старается им завладеть. Она назначает своим векилем одного мусульманина, Шех-Махмада, сына Дахи, чтобы он вел это дело. Со своей стороны католикос Григор назначает своим поверенным некоего армянина Гевонда, сына Сета, внука Бабаджана. Через него он вторично покупает это село со всеми угодьями у этой женщины — Мелик-хатун через ее векиля Шех-Махмада за 15 тысяч динаров. Шестая часть этой суммы равна 2500 динарам. Купчую этой продажи составляет и утверждает тот же судья Заманатин при многих свидетелях из знатных мусульман, за своей и их печатями.

Но вскоре после этого, в том же году, с разных сторон появились родственники и приближенные упомянутых Сеид-бека и Мелик-хатун, человек четырнадцать, которые не давали покоя католикосу Григору из-за этого села, предъявляя свои права на часть его. Они поручают ведение своего дела векилю — неизвестному мусульманину по имени Махмед-Кули-калантар-оглы. Католикосу Григору приходится в третий раз покупать

это село полностью [со всеми угодьями] у этих 14 сонаследников*** через упомянутого их векиля Махмед-Кули за 15 тысяч динаров. Шестая часть этого равна 2500 динарам. Все тот же судья Заманатин составляет купчую крепость, ставит свою печать при свидетельстве многих знатных магометан, прибавив, согласно их закону, строгие проклятия тем, кто после этого будет оспаривать [решение] или заявлять претензии относительно этого села. После этого судья Заманатин приносит все три упомянутые купчие крепости, соединяет их вместе в виде длинного кондака, на местах склейки ставит свою печать, предлагает то же сделать нескольким знатным мусульманам и вручает все это целиком католикосу Григору. А этот католикос, сын парона [316] Джалал-бека Маквеци, но всех трех купчих велел написать, что Григор-халифа [то есть католикос] покупает это село и отдает в вахм [вакф] Эчмиадзинскому престолу. Во всех странах закон таков, что вахмы [вакфы] не могут быть проданы или возвращены; поэтому он и велел так написать, чтобы никто не осмелился его [это село] продавать или покупать. В этих трех купчих были указаны все угодья и границы. Перечислены следующие угодья: виноградные сады, поля, пастбища, [далее] мельницы, крупорушки и вообще все доходные статьи — воды, земля, даже камни; все это купил халифа [католикос] Григор и обратил в вакф св. Эчмиадзина. Эти купчие и вакуфные свидетельства католикос Григор получает в 832 году мусульманской эры и передает св. Престолу навечно. Да будет благословенна его память! Аминь.

Эти документы внесены в реестр под №...

Как в этой купчей, так и в большой купчей, о которой мы напишем, границы и стороны этого села определены так: с севера край наших полей — киры — от Молла-дурсун и Каракита до малого водоема, принадлежащего св. Престолу и составляющего границу между нашим селом и [селом] Паракар; с востока — сенокосные угодья против села Шорлу, которые именуются также топью и камышником; с юга — небольшой холм под название Куль-тапа; с запада — наша река [Касах], с которой граничит принадлежащая нам земля, называемая Тегутнер, что против села Алибеклу (как в этих: купчих, так и в указах она называется Базыргян-ёли [“Купеческий путь”]).

Но подобно тому как, согласно священному писанию, земля солончаковая не может дать пресной воды, так и тревожное время не может создать ничего прочного и долговечного. Ибо через три года вследствие перемены власти в нашей стране выступает здесь некий мусульманин Рустам, который неизвестным путем завладевает несколькими селами, между прочим и нашим селом Вагаршапат, смежным со св. Престолом. Этот мусульманин Рустам был сыном Амиршкеана, внуком Амир-Смбата [317] , который неизвестно откуда родом. Тогда католикос Григор еще раз покупает это село у того мусульманина за 90 тысяч динаров и обращает его в вакф Престола. У него же вместе с этим селом он покупает села Аштарак, Батриндж, Норагавит, Агавнатун, Кирашлу и Мугни, о каждом из которых расскажем в своем месте. На эти семь сел тот же ереванский судья Заманатин пишет большую купчую крепость в форме длинного кондака и ставит свою печать. Ставят свои печати и свидетельствуют также ереванский шейх-уль-ислам по имени Рагим и нахичеванский судья Ахмед, сын Мухаммада. В купчей, согласно своему закону, [судья] подтверждает с великой клятвой, что все шесть дангов мулька этих семи сел купил Григор-халифа [католикос] и обратил в вакф св. Эчмиадзина. Купчая написана в ... году мусульманской эры, внесена в реестр под № ... Есть еще копия этой большой купчей, написанная позже и имеющая печать только одного шейх-уль-ислама. Она внесена в реестр под № ... После этого католикоса Григора до 1042 (1593) года, когда престол занимает Меликсет, и до 1078 (1629) года, когда вслед за Сааком садится великий католикос Мовсес [Сюнеци] Эчмиадзинский престол хотя и не совсем опустел, но был недалек от этого и дошел почти до прежнего убожества. При частых переменах в нашей стране насильников-властителей, при появлении всяких разбойных наездников и повстанцев, во время войн грозных персидских и турецких царей друг с другом, а также когда происходило выселение коренных жителей [нашей страны] шахом Аббасом или же были другие бедствия, о которых рассказывает историк Аракел, — в это время на престоле сидел не один католикос, а [одновременно] два, даже четыре или пять, но они не могли сидеть постоянно на своем престоле, а скитались здесь и там, преследуемые насильниками и кредиторами. Сам подумай, до какого бедственного состояния должен был дойти св. Престол! Он не только был лишен сел, от которых получал мульк и которыми насильственно завладели мусульмане, но [не стало у него] и построек, братии, благ духовных и мирских, всего необходимого: Престол был дочиста ограблен. Вследствие этого вышеназванные села, купленные католикосом Григором, долгое время находились во владении мусульман. Когда же спустя некоторое время, в 1053 (1604) году, великий персидский шах Аббас завладел нашей страной, он назначил здесь ханом Амиргуне. Этот хан Амиргуне тоже некоторое время владел и пользовался доходами нашего села, о котором идет наша речь. Но он был человек добронравный, заботился о благоустроении страны и любил христиан. В его время несколько монахов, собравшиеся с разных мест в св. Престоле, отправились к Амиргуне-хану с просьбой, предъявили ему упомянутое выше большое вакуфное свидетельство — купчую крепость католикоса Григора — и заявили, что шесть дангов мулька этого села искони принадлежат св. Эчмиадзину. Амиргуне-хан, удостоверившись в справедливости их заявления, возвращает св. Престолу шесть дангов мулька этого села и дает твердую подписку со своей печатью в том, что если кто-нибудь из его родни или другое лицо осмелится отнять у Эчмиадзина мульк [этого] села, то да будет проклят. И эта грамота [318] и две ее копии с печатями шейх-уль-ислама находятся в св. Престоле и внесены в реестр на странице под № ... Они написаны в 1029 году мусульманской эры.

Хотя так было поставлено, но правило это соблюдалось, лишь пока был жив и правил Амиргуне-хан; после же его смерти, когда власть над нашей страной получил его сын Тахмасп-Кули, он опять присвоил себе мульк этого села и пользовался им в качестве казенного содержания. А после него село захватили первые владельцы-мусульмане, которые присвоили его, как родовое имущество, продавали, дарили кому хотели как свою собственность. Когда сел католикосом блаженный Мовсес, он много хлопотал об этом, даже успел вернуть село с помощью местных властей, но эти [успехи] были недолговременны, так как он прожил всего три с половиной года. За это время он съездил в Исфаган к шаху Сефи, истратил много денег, перенес много огорчений, но добился того,

что с Престола сняли ежегодную мукату в размере ста туманов, которая с накоплением процентов со времени католикоса Меликсета тяжелым бременем ложилась на св. Престол. Он также был занят строительством и восстановлением построек, как подробно описывает историк Аракел, ибо св. Престол был совершенно запущен. Когда же после него престол занимает подобный ему [деяниями своими] блаженный католикос Пилипос, он подает прошение шаху Аббасу II о том, что мульк этого села издревле принадлежал Престолу, но затем ханы и разные лица захватили его и пользуются им, а. Престолу нечем жить. В прошении он упоминает, что, издержав столько-то денег, он на пользу страны провел воду из Абарана и т. п. В это время ереванским ханом был некто Хосров, человек добронравный и друг католикоса Пилипоса. Он тоже докладывает шаху, что это село [на правах] мулька действительно издревле принадлежало Эчмиадзину, свидетельствует о добрых качествах католикоса Пилипоса, о. проведении им воды [для орошения полей] и прочих добрых делах. Вследствие этого шах издает рагам о том, что шесть дангов мулька этого села он дает Престолу Эчмиадзина и чтобы впредь никто не касался этого [села]. Этот рагам, написанный в 1060 году мусульманской эры, сохраняется в Престоле; он занесен в реестр на странице под № ... В этом рагаме указывается, что доход [319] от мулька этого села, получаемый Престолом, составляет [ежегодно] 190 халваров и пять с половиной литров [320] и более.

После этого, во времена католикоса Акопа Джугаеци и персидского шаха Сулеймана, является к нам по казенным делам от персидского двора мусульманский ишхан по имени Аббас-Кули, из сыновей Амиргуне-хана, и так как его отец Амиргуне-хан некоторое время пользовался мульком этого села, то он возбуждает иск против католикоса Акопа: “Мульк этого села принадлежит мне, на каком же основании ты пользуешься им?” Католикос Акоп представляет ему подписку Амиргуне-хана и старое вакуфное свидетельство, о которых мы говорили выше. Тогда он, удостоверившись, от себя тоже дает скрепленную печатью суда подписку, в которой подтверждает, что он убедился в том, что шесть дангов мулька этого села действительно принадлежат Эчмиадзину. Подписка написана в 1072 году мусульманской эры. Ее найдешь по реестру.

После этого католикос Акоп берет с собой упомянутые документы и отправляется в судебное присутствие в Исфаган подтвердить, что это село с самого начала принадлежит св. Престолу. Шейх-уль-ислам и другие вельможи, рассмотрев; предъявленные документы, пишут бесспорное свидетельство, что они вполне удостоверились в том, что шесть дангов мулька этого села, мутахил, бахра и прочие поступления [налоги] издревле целиком принадлежат св. Эчмиадзину. В той же бумаге они свидетельствуют, что видели старое вакуфное свидетельство, подписку Амиргуне-хана и подписки других [лиц]. Дальше они упоминают, что еще в дни католикоса Саака и Мовсеса некоторые [люди] также оспаривали [право на это село], но все оказались неправыми. “Мы все удостоверились и свидетельствуем, — [пишут они], — что с самого начала хасл, мутахил и бахра этого села издревле принадлежат св. Эчмиадзину; кто после этого коснется его или возбудит иск, будет неправ и виновен, а его слово неприемлемо”.

Так пишут шейх-уль-ислам и другие вельможи, ставят свои печати и вручают католикосу Акопу. Последний подает прошение шаху Сулейману, предъявляя этот документ. На обратной стороне того же документа шах пишет рагам: “То, что написал судья на оборотной стороне этой бумаги — правда, и я приказываю, чтобы было так”. Он пишет ереванским властям, чтобы никто не поступал против написанного. Такие строгие приказы получает католикос Акоп от судей и шаха Сулеймана два раза: в первый раз в 1082, а второй — в 1086 году мусульманской эры. Они находятся в св. Престоле, внесены в реестр под №... Есть еще два черновика этих документов за печатью шейх-уль-ислама, внесенные в реестр под № ... Оба они очень важны и нужны, их следует беречь. Благодаря этим документам мы в наше время заставили замолчать поганого Мирза-Шефи, который, занимая в 1213 (1764) году должность диванагира [321] , намеревался уничтожить магафство св. Престола.

Таким образом, почивший в бозе католикос Акоп с помощью документов и свидетельских показаний вернул св. Престолу шесть дангов мулька этого села. Но вслед за тем те же мусульмане, которые, как было выше указано, пользуясь беспомощностью св. Престола и тревожным временем, захватили и присвоили это село, приходили иногда к католикосу Акопу и предъявляли иск, [утверждая], что мульк этого села принадлежит им. И сами захватчики и их родственники не давали ему покоя. Одни предъявляли притязания на один данг мулька, другие — на два, третьи — на половину и т. д. И католикос Акоп отделывался от них, то вторично покупая и отбирая у них документы, то есть купчие крепости, то доказывая необоснованность их исков в судебном порядке, то платя им деньги за письменный отказ от претензий. Таким путем он заставляет всех спорщиков прекратить свои притязания и окончательно возвращает св. Престолу шесть дангов мулька этого села. Отобранные у этих лиц документы сохраняются в св. Престоле. Он отбирает у мусульман пять старых купчих крепостей, составленных в 963, 1021, 1024, 1027 и 1030 годах мусульманской эры, три подписки истцов, полученные на суде в 1071, 1073 и 1077 годах той же эры. Все они находятся в св. Престоле и занесены в реестр под №№ от ... до...

Спустя некоторое время католикос Александр Джугаеци подает шаху Султан-Хусейну прошение из шести пунктов. В третьем пункте говорилось о том, что некоторые люди беспокоят его, предъявляя иски на принадлежащие св. Престолу мульки и оспаривая его магафство. На все шесть пунктов имеются у нас в св. Престоле рагамы прежних шахов, о которых мы скажем в своем месте. Католикос все эти рагамы показывает шаху. Шах Хусейн, увидев эти рагамы, сам тоже пишет указ, в котором упоминает эти шесть указов с датами и суть просьбы в каждом из них и приказывает: “Как по этим вопросам приказали наши прежние цари, так приказываю и я, чтобы все было так”. Вместе с тем пишет приказание ереванским властям, чтобы никто не трогал земли, приносящие мульк Эчмиадзину. Этот указ написан в 1124 году мусульманской эры, сохраняется в св. Престоле и внесен в реестр под № ...

В 1173 (1724) году, по мусульманскому летосчислению в 1137, турки отвоевали у персиян нашу страну и владели ею 13 лет. В это время в Ереване сидел паша по имени Раджаб. Католикос Аствацатур докладывает ему о положении св. Престола и просит письменного подтверждения [прав] на земли, приносящие мульк св. Престолу, и на магафство последнего. Паша составляет дефтер вроде книги: в начале ставит свою печать [паша], в конце — кази. В документе перечислены следующие села, мульк с которых принадлежит св. Престолу: наше село [Вагаршапат], Мастара, Ошакан, Франканоц и Кирашлу. Как магафы отмечены следующие мульки: в нашем селе — шесть действующих мельниц и две разрушенные, одна действующая крупорушка, две маслодавильни, двадцать одна пашня, три покоса, три виноградника и еще два виноградника в Ошакане и один запущенный; [в деревне] Паракар — два виноградника; в Ереване — два виноградника и две мельницы; в Каларе — две мельницы, одна крупорушка, вода на три мельницы, отведенная от реки Занги (это большой канал под названием Далма, вырытый католикосом Нахапетом и начинающийся близ села Сарванлар под Ереванской крепостью), и 600 голов овец. И монахи и братия св. Престола — магафы, они освобождены от хараджа. Также должны считаться магафами следующие монастыри, находящиеся в непосредственном ведении халифы [католикоса]: св. Рипсиме, Шогакат, Гаяне, пустыни апостола Анании в Ереване и в Дзорагюге. Только халифа [католикос] обязан ежегодно платить казне 6800 стаков, но больше ничего. Документ составлен в 1137 году мусульманской эры и внесен в реестр под № ... По этому образцу существует еще ... документов, данных другими пашами. Их найдешь по реестру.