Дюна
Шрифт:
— Джемис, идти можешь?
Тот пробурчал:
— Вот неожиданность, чтобы такой мальчишка… Просто случайность. Я могу идти.
— Это не случай, пойми, — отвечал Стилгар. — Будешь помогать Чени оберегать парня. Я беру под опеку их обоих.
Джессика поглядела на Джемиса. Судя по голосу, это он спорил со Стилгаром там, в скалах. И его слова грозили им смертью. Теперь Стилгар считал необходимым подтвердить свой приказ.
Испытующе оглядев своих людей, Стилгар рукой поманил к себе двоих:
— Ларус и Фарух, пойдете последними. Приглядите, чтобы следов не осталось. Предосторожность
Джессика шагала возле Стилгара, пересчитав идущих по головам. Фрименов было сорок, вместе с ней и Полом стало сорок два. Она подумала: «Выучка воинского отряда, даже у девушки… Чени».
Пол занял место в цепочке за спиной Чени. Он позабыл уже ту неловкость, которую почувствовал, когда девушка захватила его врасплох. Ему все вспоминались слова матери: «Мой сын испытан гом джаббаром!» Рука не забыла еще давнюю боль.
— Смотри, куда идешь, — прошипела Чени. — Вот заденешь куст — и на ветках, на листьях останется нитка и выдаст нас.
Пол, глотнув, кивнул.
Джессика прислушалась к шуму шагов, — свои она слышала, поступь Пола тоже, — и дивилась бесшумной поступи фрименов. Сорок человек беззвучно пересекали котловину… словно призрачные фелюги, одеяния их парусами реяли во мраке. Путь их лежал в стойбище Табр… стойбище Стилгара.
Она задумалась о самом этом слове: «Стойбище. Слово из древнего охотничьего языка, чакобсское, прошедшее без изменения бессчетные столетия. Стойбище — место сбора во время опасности».
Глубокие ассоциации, связанные с самим словом и со всем языком, только начинали доходить до нее теперь, когда опасность была позади.
— Хорошо пошли, — сказал Стилгар. — Милостью Шай-Хулуда мы достигнем пещеры Хребтов еще до рассвета.
Джессика кивнула, сберегая силы. Она ощущала ужасную усталость, лишь силой воли сдерживая ее, и… она призналась себе, — вдохновение. Этим людям ведь нет цены — об этом говорило ей увиденное, мельчайшие подробности его.
«Фримены, — думала она, — они же все воины, цивилизация бойцов. Бесценный дар судьбы для изгоя-герцога!»
***
Фрименам всегда в высшей степени было присуще то качество, которое древние называли «спаннунгсбоген», — привычка, ощутив желание, не спешить с его удовлетворением.
К пещере Хребтов они подошли, едва засветлело. В котловину вела расщелина столь узкая, что временами в ней приходилось протискиваться боком. В утренней мгле Джессика успела заметить, как Стилгар отрядил караул, охрана немедленно полезла по скале вверх.
Пол ступал, подняв голову, — муравей в разодранной шкуре планеты, не отрывавший глаз от серо-синего неба над головой.
Чени поторопила его, потянув за одеяние.
— Скорее, светает!
— А те люди, куда они полезли по утесам? — шепнул Пол.
— Первая дневная стража, — ответила она. — Поторапливайся же!
«Караул снаружи, — подумал Пол. — Мудрое решение. Но разве не разумнее подходить к пещере раздельно, небольшими группами? Меньше
шансов потерять весь отряд. — Он задержался на этой мысли: — Такие думы — думы партизана…»Он вспомнил, что этого-то и боялся отец: Дом Атридесов не должен стать партизанским.
— Скорее, — шепнула Чени.
Пол прибавил шагу, позади шелестели на ходу балахоны. Он припомнил слова сирата из крошечной Библии О. К., подарка Юэ.
«Двери Рая по правую руку, жерло Ада по левую, и Ангел Смерти гонится за мной по пятам», — прозвучала в его голове цитата.
Они обогнули угол, проход расширился. Стилгар отступил в сторону, наблюдая, как скрывался в низком, уходящем в скалу коридоре его отряд.
— Живо! — прошипел он. — Если патруль застигнет нас, перебьют, словно кроликов в клетке.
Пригнув голову, Пол следом за Чени вступил в узкий коридор и очутился в пещере, освещенной сероватым светом, лившимся откуда-то сверху.
— Можешь выпрямиться, — сказала она.
Разогнув спину, Пол принялся оглядывать окружающее, широкое и глубокое пространство, невысоким куполом уходившее над головами вверх. В полутьме цепочка рассыпалась. Пол видел, как мать отошла в сторону, внимательно вглядываясь в собственных спутников. Как она отличалась от них, пусть на ней было точно такое же одеяние! В изящной фигуре угадывалась мощь.
— Найди себе уголок для отдыха и не путайся под ногами, дитя-мужчина, — произнесла Чени. — Вот еда, — она протянула ему два обернутых в листья свертка. От них несло специей.
Стилгар подошел к Джессике сзади, крикнул стоявшим слева:
— Прикройте вход и приглядите за водяной безопасностью. — Он обернулся к другому фримену — Лемил, принеси светошары. — Потом взял Джессику за руку. — Хочу кое-что показать тебе, таинственная женщина. — Он повел ее за собой, обогнув скалу, навстречу к источнику света.
Перед Джессикой вдруг оказалось широкое отверстие, окно в котловину, простиравшуюся километров на десять-двенадцать. Ее обступали высокие скалы. Повсюду виднелись скудные заросли.
В этот момент из-за дальней гряды вынырнул край солнца, озарив бурый песок и скалы, разогнав предутреннюю дымку.
— Солнце Арракиса, — отметила она, — всегда словно выпрыгивает из-за горизонта.
«Ведь я хочу, чтобы оно не вставало, должно быть, потому, — подумала она, — что ночью безопасней, чем днем. — И ей вдруг захотелось увидеть радугу, здесь, в краях, никогда не знавших дождя. — Надо гнать такие желания, это слабость! Здесь я не могу позволить себе быть слабой».
Стилгар стиснул ее руку, показал в сторону котловины:
— Смотри туда! Перед тобою истинные друзья!
Поглядев в сторону, куда показывала его рука, она заметила движение. Со дна котловины уходили люди, поспешно прячась от солнечного света в тенях у дальней скалы. Чистый воздух позволял видеть их движения. Она извлекла из-под одеяния бинокль, сфокусировала масляные линзы на далеких фигурах… Поверх конденскостюмов мотыльками трепетали шарфы.
— Это дом, — сказал Стилгар, — мы придем туда ночью. Пощипывая усы, он разглядывал котловину. — Мои люди задержались на работах. Значит, поблизости нет патрулей. Позже я просигналю им, чтобы подготовились.