Чтение онлайн

В дюнах, за пятном, что-то гулко заухало, звук, казалось, сотрясал почву под ногами стоящих. Гарни видел, как выстроились фримены на пути червя.

Червь вынырнул из песков, словно гигантская рыба, перебирая кольцами. Буквально секунда и, как прекрасно было видно Гарни с этой высокой точки, на черве прыжком оказался первый фримен, развернул его в обратную сторону, за ним на чешуйчатый поблескивающий бок последовали остальные.

— Ну, хотя бы этого тебе не положено видеть, — произнес Пол.

— Слыхал я кое-что, слухи и россказни, — удивился Холлек, — но поверить в такое нелегко,

пока не увидишь своими глазами. — Он покачал головой. — Этих чудовищ боится весь Арракис, а для вас они — верховые животные.

— Ты помнишь, отец говорил о пустынной силе, — сказал Пол. — Вот она. Поверхность планеты принадлежит нам. И ни буря, ни чудовища, ни жара и безводье нас не остановят.

«Нас, — подумал Гарни. — Он имеет в виду Вольный народ. Говорит, словно и сам один из них». И вновь Гарни заглянул в синие глаза Пола. Специя. Его собственные глаза лишь отливали синевой, — ведь контрабандисты ели и пищу, привезенную с других планет, — степень синевы глаз среди них поэтому была различной. В ходу было словечко — «помазали специей», — оно значило, что кто-то становился почти туземцем. В этом выражении всегда крылся оттенок некоего недоверия.

— Было время, когда в этих широтах избегали ездить на делателе днем, — сказал Пол. — Но у Раббана не хватает авиации, теперь он не велит больше следить за каждой точкой в песках, — он поглядел на Гарни. — Появление твоих аппаратов просто потрясло нас.

«Нас… опять нас…» — Гарни качнул головой, чтобы отогнать подобные мысли:

— Ну, потрясением это оказалось не столько для вас, сколько для нас.

— А что говорят о нас в низинах и деревнях? — спросил Пол.

— Утверждают, что укрепляются, ожидая вашего штурма. Уверяют, что станут обороняться, пока вы будете истощать свои силы в бесполезных атаках.

— Слова, — ответил Пол. — Мы сковали их силы.

— Ну, вы имеете возможность отправляться куда угодно.

— Этому научил меня ты, — сказал Пол, — они потеряли инициативу, А значит, проигрывают и войну.

Гарни неторопливо, с пониманием улыбнулся.

— Враг находится там, где мне выгодно, — сказал Пол. Он поглядел на Гарни. — Ну, Гарни, хочешь, я возьму тебя к себе на службу, пусть и перед концом войны?

— На службу? — переспросил Гарни, — Милорд, я никогда и не оставлял вашей службы. Только ты у меня и остался… каково мне было узнать о твоей смерти? Вот я и дрейфовал, по возможности, ожидая, не представится ли случай продать свою жизнь за подходящую цену — за жизнь Твари Раббана.

Пол смущенно умолк.

По скалам к ним поднялась женщина. Глаза ее в щели между капюшоном и маской были обращены то на Пола, то на его собеседника. Она встала перед Полом, держа себя непринужденно, по-хозяйски, как отметил про себя Гарни.

— Чени, — сказал Пол, — это Гарни Холлек. Я говорил тебе о нем.

Она поглядела на Холлека, вновь на Пола:

— Я помню.

— Куда поехали люди на делателе? — спросил Пол.

— Они просто отгоняют его подальше, чтобы дать нам время спасти машины.

— Хорошо, тогда… — Пол умолк, принюхиваясь.

— Близится ветер, — сказала Чени.

С вершины хребта послышался голос:

— Хоу, внизу — близится ветер!

Теперь,

видел Гарни, фримены заторопились. Червь не мог заставить их спешить, но ветер… Фабрика-краулер вползла на отлогий скальный откос, словно пляж выступавший из песка. Перед ним в скалах вдруг открылось отверстие… и машина исчезла за сомкнувшимися вновь скалами, словно ее и не было.

— И сколько у вас таких укрытий? — озадаченно спросил Гарни.

— Многажды много, — отвечал Пол, поглядев на Чени. — Найди Корбу. Передай: Гарни предупредил, что среди его контрабандистов не всем следует доверять.

Она вновь глянула на Гарни, потом на Пола, кивнула и с газельей легкостью заспешила вниз по скалам.

— Твоя женщина, — заметил Гарни.

— Мать моего первенца, — ответил Пол, — среди Атридесов вновь появился Лето.

Эту новость Гарни выслушал, широко открыв глаза.

Пол внимательно следил за всей суетой вокруг. Небо на юге уже побурело, порывы ветра то и дело вздымали над головами пыль.

— Затяни костюм, — сказал Пол, накидывая на голову капюшон и надевая маску.

Гарни повиновался, с облегчением вставив фильтры.

Глухо прогудел голос Пола из-под маски:

— Кому из своих людей ты не доверяешь, Гарни?

— Нескольким новичкам, — ответил Гарни, — иномирянам, — и невольно заколебался, удивляясь самому себе. Иномирянам. Это слово так легко слетело с его языка.

— Да? — спросил Пол.

— Они не похожи на обычных искателей удачи, — ответил Гарни, — жилистей, что ли.

— Шпионы Харконненов? — переспросил Пол.

— Сомневаюсь, милорд, чтобы они были связаны с кем-нибудь из Харконненов. Мне кажется, это люди императора. От них припахивает Салузой-Секундус.

Пол внимательно поглядел на него:

— Сардаукары?

Гарни пожал плечами:

— Не исключено, но умело замаскированные.

Пол кивнул ему, подумал: «Как легко Гарни возвратился на былую стезю — на путь Атридесов… впрочем, он тоже переменился слегка… Арракис изменил и его».

Из груды камней словно возникли два фримена и полезли в гору. У одного на плече был сверток.

— А где сейчас мои люди? — спросил Гарни.

— В безопасности, под скалами, — сказал Пол, — здесь есть пещера, мы зовем ее Птичьей. После бури решим, как с вами поступить.

Сверху его окликнули:

— Муад'Диб!

Пол обернулся на зов, караульный фримен подзывал его к пещере, дал жестом понять, что слышит. Гарни глядел теперь на него по-новому.

— Выходит, это ты — Муад'Диб? — спросил он. — Неуловимый демон песков?

— Так меня называют фримены, — ответил Пол.

Гарни отвернулся с нелегким предчувствием. Половина его отряда остались мертвыми на песке, другая половина оказалась в плену. Новичков, подозрительных, ему не было жалко. Но среди прочих были хорошие люди, друзья, за них он чувствовал ответственность. «После бури решим, как с вами поступить», — так сказал Пол, то есть Муад'Диб. И Гарни припомнил, что говорили о Муад'Дибе, о Лисан-аль-Гаибе… однажды он велел содрать кожу с пленного офицера Харконненов на боевой барабан, а в битвах он всегда окружен смертниками-фидайкинами, бросавшимися в бой, распевая гимны.