Дюна
Шрифт:
Движение червя замедлялось. Он проутюжил место, где только что была колотушка, ритмичный стук умолк. Червь стал медленно поворачиваться набок… вверх… вверх, унося докучливые колючки и Пола вместе с открывшейся нежной кожей между сегментами подальше от песка.
Пол обнаружил, что оказался теперь прямо сверху, на черве. Его охватило радостное возбуждение, он оглядывал пустыню, словно повелитель. Вдруг ему захотелось прыгать, продемонстрировать свою власть над чудовищем, развернуть его в обратную сторону.
И в этот момент он сразу же понял, почему Стилгар столько рассказывал ему об опрометчивых молодых людях,
Оставив один крюк на месте, Пол отцепил другой и перенес его ниже. Опробовав его и убедившись, что все в порядке, он отцепил первый и перенес его еще ниже. Делатель повернул и послушно покатил в сторону, вздымая мучнистый песок, туда, где ждали остальные.
Пол видел, как они карабкались вверх, помогая себе крючьями, тщательно избегая чувствительных краев сегмента. Потом все выстроились за его спиной в три ряда, держась за крючья. Стилгар перешел к нему, проверил, как зацеплены его крюки, поглядел на улыбающееся лицо Пола.
— Сумел, значит, — зычно гаркнул Стилгар, перекрывая шипение песка. — Так считаешь? Сумел и все? — он выпрямился. — Так я тебе скажу, что ты сделал все очень коряво. С этим и двенадцатилетний мальчишка справился бы лучше тебя. Слева от тебя были барабанные пески. Куда бы ты девался, если бы червь повернул в эту сторону?
Улыбка соскользнула с лица Пола.
— Я видел барабанные пески.
— Тогда почему же не просигналил, чтобы кто-нибудь из нас подстраховал тебя? Такие вещи делаются даже на испытаниях.
Пол молча сглотнул слюну, подставил лицо ветру.
— Думаешь, я напрасно говорю это тебе именно сейчас? — сказал Стилгар. — Это моя обязанность. Я думаю о твоей ценности для отряда. Ступи ты на барабанные пески — и все… делатель повернул бы прямо на тебя.
Невзирая на гнев, Пол понимал, что Стилгар прав. Но потребовалась вся его тренировка и, быть может, целая минута, чтобы он восстановил спокойствие.
— Я виноват, — произнес он. — Это более не повторится.
— В сложном положении тебя всегда должен кто-нибудь подстраховать, если ты вдруг не справишься с червем, — продолжил Стилгар. — Помни, мы всегда работаем вместе. И тогда мы спокойны. Ну, как? Работаем вместе?
Он хлопнул Пола по плечу.
— Вместе, — согласился Пол.
— А теперь, — отрывисто сказал Стилгар, — покажи мне, как ты умеешь управляться с делателем. На какой мы стороне?
Пол пригляделся к виду и размеру чешуй. Справа они были крупнее, слева становились помельче. Он знал, что каждый червь предпочитает ползать какой-то стороной вверх. С возрастом они уже иначе и не ползали, и нижние чешуи становились крупнее и глаже. Так что, где верх, а где низ легко было определить просто по размеру чешуй. Перемещая крюки, Пол шагнул налево, дал знак стоящим сбоку открыть сегменты и повернуть. Потом подозвал из цепочки двоих рулевых, велел им стать спереди.
— Ах, хай-й-й-йох! — выкрикнул он традиционный клич. Левый рулевой раскрыл внутренности сегмента.
Делатель описал величественную дугу, чтобы защитить открытый сегмент. Когда он полностью развернулся и голова его была обращена назад, к югу, Пол громко крикнул: «Гейрат!» Рулевой выпустил сегмент. Делатель направился прямо.
Стилгар сказал:
— Недурно, Пол-Муад'Диб!
Если хорошенько потренироваться, из тебя еще может получиться наездник.Пол нахмурился и подумал: «Разве не я первым оседлал гиганта?»
Но позади вдруг рассмеялись, а потом несколько раз дружно выкрикнули:
— Муад'Диб! Муад'Диб! Муад'Диб! Муад'Диб!
Где-то вдали послышались глухие удары по хвостовым сегментам. Червь набирал скорость. Одеяния фрименов полоскались на ветру. Скрежет, сопровождавший их передвижение, усилился.
Пол оглянулся назад, увидел лицо Чени.
Не отводя от нее глаз, он спросил Стилгара:
— Ну, Стил, значит, я наездник?
— Хал йом! Сегодня ты наездник!
— Значит, я могу выбирать, куда ехать?
— Таков наш обычай.
— Да, и еще; я — фримен, что родился сегодня в эрге Хаббанья. Я не жил до этого дня. Я был доселе младенцем.
— Ну, не совсем так, — отозвался Стилгар, затягивая капюшон потуже, ветер оттопыривал его.
— Но мир был отгорожен от меня пробкой, и сегодня этой пробки не стало.
— Ее не стало.
— Тогда, Стилгар, я отправлюсь на юг… на двадцать колотушек. Я хочу увидеть землю, которую мы создаем, до сих пор я видел ее только чужими глазами.
«А еще я увижу сына и всю свою семью, — думал он. — Теперь мне нужно время, чтобы осмыслить будущее, которое представляется мне прошлым. Приближается смерть, и если я не смогу предотвратить ее, вселенная потеряет разум».
Ровным, испытующим взглядом Стилгар поглядел на него. Но Пол уже отвернулся от Чени, ее лицо оживилось, позади в отряде чувствовалось возбуждение.
— Люди хотят, чтобы ты возглавил набег в харконненовские низины, — сказал Стилгар, — до них не более одной колотушки.
— Фидайкины не раз бывали со мною в набегах, — сказал Пол, — не один набег предстоит нам еще, пока хотя бы один из людей Харконнена дышит воздухом Арракиса.
Стилгар все глядел на него, и Пол почувствовал, что все происходящее тот видит совсем по-другому, вспоминая, каким путем стал он вожаком в стойбище Табр, а после смерти Лайета-Кайнса предводителем совета вожаков.
«Он слыхал, что молодые фримены волнуются», — подумал Пол.
— Ты хочешь собрать предводителей? — спросил Стилгар.
У молодежи горели глаза. Покачиваясь на ходу, все внимательно слушали. И Пол видел беспокойство в глазах Чени, тревожно переводившей взгляд от Стилгара, ее дяди, на Муад'Диба, ее мужчину.
— Ты даже не догадываешься, Стил, чего я хочу, — сказал Пол.
Он думал: «Отступать нельзя. Я должен взять власть над этим народом».
— Сегодня ты мудир наездников, — сказал Стилгар холодным тоном, — как используешь ты свою власть?
«Теперь мне нужно время расслабиться, время поразмыслить с холодной головой», — думал Пол.
— Мы едем на юг, — сказал он.
— Даже если, когда закончится день, я скажу — поворачивать на север?
— Едем на юг, — повторил Пол.
С чувством отрешенного достоинства Стилгар оправил одеяние:
— Съезд будет, — объявил он, — Я разошлю вести.
«Он думал, что я вызову его, — размышлял Пол, — и знает, что не сумеет выстоять».
Но он понимал, ничто не заставит его свернуть с выбранного пути. Буря приближалась, и нельзя было покидать быстрину. Грозу можно было остановить, но лишь оказавшись в центре событий.