Чтение онлайн

Генерал насупился. Я готов был расцеловать доктора Зимф.

– Итак, – быстро сказал я. – Мы не можем брать с собой ничего, напоминающего военное снаряжение. Это первый пункт. Второй заключается…

– Подождите. Я еще первый не переварил. – Генерал хмуро посмотрел на меня. – Сначала вы заявляете, что не хотите подставлять свою голову, а потом говорите, что вам не требуется зашита…

– Я не хочу, чтобы она была заметна, – возразил я. – В этом и заключается второй пункт. В вашем плане слишком много допущений относительно поведения червей и кроликособак. По-моему, нельзя и пытаться установить контакт с ними по этим наметкам.

Если бы речь шла о другом человеческом виде, то они имели бы смысл, а здесь это не пройдет.

– Прошу прощения, лейтенант, – сердито возразил генерал. – Вы не дослушали меня. Ваши предложения не вызывают сомнений. Успокойтесь и продолжайте.

Должно быть, мое раздражение проявилось слишком очевидно, потому что Флетчер, дотронувшись до моей руки, остановила меня:

– Я думаю, лейтенант Маккарти хотел сказать, что мы пока не разобрались во взаимоотношениях кроликособак и хторров. Хотя ясно, что это такой уровень партнерства видов, какого на нашей планете не существует, поскольку, по эволюционным часам, его время еще не наступило.

В лабораторных условиях мы можем лишь дрессировать червей; все попытки контакта закончились безрезультатно. Казалось бы, это свидетельствует об исключительной глупости хторров. С другой стороны, мы могли столкнуться с неполовозрелыми или дикими особями, контакт с которыми столь же маловероятен, как с трехмесячным младенцем или ребенком, выросшим в волчьей стае. Так что проблема практически еще не исследована.

Теперь о кроликособаках. Как свидетельствует очень подробная видеозапись лейтенанта Маккарти, они действительно влияют на червей, вероятно, даже контролируют их. Нам крайне необходимо уяснить суть их взаимоотношений и попытаться вступить в контакт с червями. В этом заключается наша цель.

Лейтенант Маккарти предполагает, что кроликособаки и хторры действуют с определенными целями, понять которые не поможет никакая экстраполяция с человеческих позиций. Мы не должны пренебрегать этим, надо быть гибче.

Генерал Пул обвел взглядом сидящих за столом и задумчиво потер подбородок. Все выжидали. Наконец он повернулся к доктору Флетчер:

– В кои-то веки услышал от вас разумное слово. Флетчер справилась с раздражением гораздо лучше, чем я, и спокойно ответила:

– Генерал, именно об этом я и твержу все время. Генерал Пул покачал головой и снова оглядел присутствующих:

– Я шел сюда, рассчитывая, что операция полностью продумана и осталось только назначить дату, но чем больше я вас слушал, тем больше удивлялся.

Доктор Зимф хотела перебить, но генерал жестом остановил ее:

– Нет, теперь моя очередь! Пока еще мое звание дает кое-какие преимущества.

Самое слабое звено в этой операции – это вы, ученые. Я готов предоставить все, что нужно, но в таких условиях работать не могу: вы сами не знаете, чего хотите. Сначала просите военную поддержку, потом отказываетесь от нее. Скажите еще, что этот лейтенант должен плясать голым перед мохнатыми тварями.

– А что, неплохая идея, – тихонько заметил я. Генерал расслышал и бросил на меня испепеляющий взор.

– Прежде чем продолжить, мне хотелось бы, чтобы вы пришли к соглашению, что и как делать. Сейчас я трачу время на перебранку, а меня ждет настоящая работа.

Не обращайтесь ко мне, пока не определитесь. Понятно? Собрание закрыто.

Генерал встал и в сопровождении свиты удалился. Лиз и Дэнни Андерсон

переглянулись и тоже быстро вышли.

– Генерал… – Лиз даже не посмотрела в мою сторону. Доктор Зимф все же удостоила меня взглядом.

– Знаете, лейтенант, а вы гораздо опаснее без винтовки.

Она встала и вышла из комнаты. Джерри Ларсон пробормотал себе под нос какую-то грубость в мой адрес и последовал за ней.

Я посмотрел на Флетчер:

– Меня отстранили, да? Она похлопала меня по руке:

– Джеймс, вы сказали то, что должно было прозвучать. Спасибо, что приняли огонь на себя.

– Но?..

– Но пока, я думаю, вам лучше где-нибудь затаиться. Надо переждать.

В.: В нем для хторранина разница между ребеночком и котлетой?

О.: Котлету надо подсолить.

Площадь Джека Лондона в Окленде – вовсе не площадь. Может, когда-то она и являлась таковой, но теперь это – широкая набережная, дугой охватывающая закрытую бухту. Высокие деревья, расцвеченные яркими огнями, смотрят на просторные лужайки, окаймленные дорожками из розового кирпича. За лужайками тянется длинный ряд шикарных трехэтажных зданий в неовикторианском стиле. Там и сям небольшими группами разбросаны крошечные магазинчики и рестораны с верандами, купающимися в мягком свете газовых фонарей.

Мне показалось, будто я попал в мир грез об ушедшей эпохе. Все здесь было как в сказке – слишком прекрасным. Широкие аллеи с фланирующими парочками, галереи и даже летние беседки. Единственный транспорт – редкие велорикши. Серебристая музыка – едва слышный перезвон волшебных колокольчиков – плыла над водой.

Я рассматривал массивную бронзовую табличку на бетонной мемориальной доске. На ней была изображена большая стрела, указывающая прямо вниз, в землю; надпись над стрелой гласила: «Ты – здесь!» А чуть ниже буквами помельче: «Гертруде Стайн» 1. Я пожалел, что рядом нет никого, кто объяснил бы мне, что это значит.

1 Стайн Гертруда (1874 – 1946} американская писательница, умерла и похоронена в Париже.

Поправив ружье, я пошел дальше. Ресторан располагался в конце набережной. Он назывался «Этот хрустальный замок» – вычурная стилизация с барочным фронтоном и куполами, золотым орнаментом и цветными витражами. Он мерцал и переливался опаловым, золотистым и красновато-розовым светом, как волшебный дворец. Когда я подошел ближе, послышались звуки струнного квартета. Похоже на Моцарта.

Хотя внутри светился всеми оттенками изумрудов и золота. Пожалуй, все чересчур уж назойливо намекало на высокий класс заведения, но я и так понял, что оно не из дешевых – официантами работали люди. Костюм метрдотеля напоминал ливрею привратника из страны Оз. Он попросил меня оставить ружье, но я угрюмо взглянул на него и сообщил, что нахожусь на круглосуточном дежурстве. Он отвесил подхалимский поклон и посторонился. Лиз еще не появилась, поэтому я отправился в бар.

Забавно, как реагируют люди на красный берет Спецсил.