Чужак
Шрифт:
— Хорошо Влад.
— Дело в том Колер, что я родился и вырос в другом мире. В Арланд я попал несколько дней назад через гнилое пятно. Отец Эстор провел проверку на лояльность Создателю и попросил удалится, предварительно дав знания Общего языка. Матвей принял меня под крыло. В моем мире нет магии или я считаю, что ее нет. Зато очень сильно развиты науки, которые мы называем естественные, точные, гуманитарные по всякому называем. Они служат для моего мира инструментом познания окружающей действительности. В некоторых направлениях, например в медицине, мы немного отстаем. Но зато в других опережаем на века, если не на тысячелетия. Объем скопившихся знаний настолько велик, что наша система образования, кстати, невероятно похожая на ту, что была на Арланде до смуты, вынуждена давать своим ученикам, только выжимку, суть достижений научной мысли. Нам дают готовые знания, избегая в подавляющем числе случаев мелких подробностей. И все равно срок обучения составляет от десяти лет. Эти знания, вернее их ничтожная часть и помогли мне так
Колер молчал.
— Знаешь, Влад, — наконец начал он. — Ты меня не сильно удивил. В истории Арланда были случаи появления знаний из ниоткуда. Не только знаний, но и целых рас. И про орден Знающих ничего нового я не услышал. А вот системой обучения принятой в твоем мире ты меня поразил. Когда я рассказывал тебе о магах прошлого, я упомянул о расшифрованных мной записях одного учебного учреждения. Я не точно выразился, не считая это важным. Они не были зашифрованы, нет. Но термины, формулы, описания находящиеся в этих записях ставили в тупик многих. Но не меня. Это была тетрадь одного ученика. В ней описывались некоторые магические действия. Они шли блоками. Ты понимаешь меня?
— Да.
— Так вот. Я понял смысл этих блоков. Они описывали возможность соединения стихийных энергий с энергиями жизни и смерти. Видно ученик пытался выполнить задание, вся тетрадь была исписана. Много вариантов были признаны им или его учителем не годными пока он не нашел верное решение, не нашел правильное сочетание нужных блоков. Что это за решение и какой процесс оно описывает я не смог понять. Мне не хватило знаний. Но одно я понял. Эти блоки можно было использовать не понимая точно, до мельчайших подробностей их суть. Достаточно только общего понимания того, что они делают. Один блок после нескольких лет расшифровки я все же смог понять и воспроизвести. Теперь весь Арланд знает заклинание «копье огня» осень сильное оружие школы огня. Некоторые могут даже его применить. К чему я это говорю, а к тому, что этот ученик наверняка не повторял мой путь. Знание этого блока он получил уже готовым. Его учили составлять магические конструкции из готовых кубиков. Ты снова порадовал меня Влад. Я не думал, что ты невероятный гений, который рождается раз в тысячу лет и не завидовал тебе. Признав, что ты обычный человек просто очень много знающий благодаря специальному обучению, благодаря полученной системе знаний ты очень меня порадовал. Я все время ждал, когда ты скажешь правду. Поэтому так себя и вел.
Вот блин. Проверяльщик нашелся. Колар смотрел на меня и улыбался.
— Влад, ты никому не должен говорить о своих знаниях, и откуда ты родом, никому, — наконец сказал он. — Тебя убьют только за одно подозрение о том, чем ты владеешь
— Но орден Знающих знает.
— Орден знает лишь то, что священник мог понять у тебя в голове. Не думаю, что его сильно интересовали твои знания. Он большей степени был увлечен просмотром твоей жизни. Твоих поступков и действий. Сколько времени у тебя занимало использование полученных знаний в жизни? Много?
— Нет. Очень мало.
— Вот вся беда нынешней молодежи, — начал привычно ворчать Колар. — Но в этом случае можно только порадоваться. Чем меньше ты ими пользовался тем меньший след они оставили в твоей жизни и голове. Это как богатый дом с пыльным чердаком. Кто полезет возится в хламе. А вот комнаты осмотрят все. Теперь я буду стараться доверять тому, что ты мне говоришь. Если же нужно будет уточнение, я всегда могу сделать эликсир памяти, с его помощью можно вспомнить все. Но это на крайний случай. Помнить все в своей жизни очень трудно, даже несколько дней, когда зелье будет действовать. Теперь самое главное.
— Что?
— Ученик за стол!
С этого дня учеба у меня пошла на лад. Через несколько занятий я уже представлял себе общие принципы владения рунной магией. Все оказалось просто и одновременно сложно. Внутренняя энергия, которую я не мог не то что развивать и контролировать, но даже ощутить являлась основой всего. Простейшие заклинания представляли собой геометрическую фигуру из рун соединенных между собой каналами, по которым шла энергия от руны к руне, от руны к нескольким рунам, от нескольких к одной. Началом каждой фигуры была руна-ключ. Именно к ней должна была подходить энергия, а уж потом распределяться по всей фигуре. Магическая конструкция при включении начинает воздействовать на материально-энергетическую структуру и та выполняет то, что ты от нее хочешь. Вроде все просто. Но дальше как раз и начинались сложности. Чем точнее ты хочешь сплести заклинание. Чем большего хочешь от него добиться, тем сложнее становилась фигура. Причем представлять ее в объеме нужно было максимально точно. В состоянии полного покоя, с закрытыми глазами это не составляло большого труда, по крайней мере, используя легкие плетения. Но когда я попытался представить ее во время учебного поединка с Матвеем, то понял что не так все просто. Смысла обманывать себя самого я не видел. Не тот случай. Теперь стало абсолютно понятна замена рунной магии на вербальную во время Смуты. Любой человек сможет запомнить десяток другой фраз, со всеми ударениями и произношением. Без подвода собственной энергии к фразе, аналогичной руне-ключу, стишок можно повторять
вслух до посинения абсолютно безопасно для себя и учитель может подправить в нужном месте. А попробуй представить себе мысленно этот же стишок, в печатном виде без ошибок, с правильно поставленными знаками препинания и расставленными ударениями. М-да. Поэтому и специализируются рунные маги в теории, создавая новые фигуры, новые плетения, а потом вербалисты перекладывают смысл заложенных в плетении рун на Тайный язык и получают заклинание. Правда, не всегда. Иной раз смысл фигуры понятен и то, что произойдет при ее активации ясно, а словами выразить эту конструкцию, со всеми ее каналами, соединяющими между собой руны, правильно не получается. Пару дней я ломал над этим голову, пока не обозвал себя кретином и во время очередного урока полностью не сосредоточился на плетении, воспринимая спарринг как общий фон. И у меня получилось! Только Матвей, за пару секунд моего полного отсутствия, в очередной раз условно, как болели ребра, убил меня. Но учитывая, что он делал это и тогда, когда я наблюдал со стороны за своими кривляньями, отпуская нелестные комментарии самому себе, то это было не страшно.Все стало у меня неплохо получаться. А когда стал подходить к концу третий месяц моего обучения, я впервые смог отключится и, вернувшись в себя, с удивлением обнаружил свое тело, еще условно живое, довольно ловко противостоявшее Матвею. Барьер был пройден. Через неделю, когда я смог это сделать пять раз подряд, прежде чем был убит, Матвей остановил бой.
— Ну что, начало получаться? — спросил он.
— Да, а ты о чем собственно?
— Можешь не юлить. Когда из твоих глаз пропадает ехидный блеск и ежу понятно, что ты пытаешься колдануть. Так как, получается?
— Да.
— Сегодня ты ночью выйдешь за ворота. Посмотрим, как ты будешь себя чувствовать в реальном бою. Других учеников натаскивают в погани, но я туда не хожу. Придется тебе за воротами работать. Возьмешь с собой кусок мяса с кровью и вперед.
— А ты?
— А я буду наблюдать за тобой с башни, — усмехнулся он. — Когда я решу, что с тебя хватит, сброшу веревку.
— А оружие? Не этим же я буду биться, — я взвесил на руках железный дрын, изображающий копье.
— Доспехи у тебя уже есть. Две недели назад я заказал их у племянника Дорна. Вроде он твой старый знакомый. Скоро принесет. Понравиться оплатишь и возьмешь. Не понравится, закажешь другие. А с оружием придумаем что-то. У тебя ведь день рожденья сегодня?
— Да?
— Вот и жди друзей с подарками. Здесь тоже есть такой обычай.
— А как же подгонка доспехов мне Дорн говорил…
— Все правильно он тебе говорил. Но неужели ты думаешь, что после того как он подогнал на тебя один доспех, ты ему еще нужен для изготовления следующего.
— Но…
— Племянник делает, а дядя присматривает и советы дает.
— Понял.
— Иди. Переоденься. Да, — остановил меня Матвей, — Как только ты сможешь не только представлять себе плетения, но и использовать их, будешь заниматься с Троном на полигоне. Я с ним уже договорился.
И что тут сказать? У меня и так нет свободного времени, а теперь еще и это. Хотя, как боевик Трон невероятно силен.
Доспехи были великолепны. Снаружи и изнутри они были покрыты темно-серой кожей прикрепленной маленькими заклепками. Надев доспех, я подошел к зеркалу. Теперь я сам стал на, на и на. Поножи и наручи были похожи на старые. К ним добавились налокотники, наколенники и набедренники. Сделаны они были по аналогу наручей. Внешняя сторона сталь, а внутренняя кожа. Наплечники были точной копией защиты плечей американских футболистов, только выполнены были из стали. Панцирь же сильно отличался. Ламинарная юбка составляла с ним одно целое и была раза в два короче. Оно понятно добавились набедерники которых, в прошлый раз, не было. Также юбка была разрезана не только с боков, но еще спереди и сзади. Места разрезов могли быть соединены между собой парочкой маленьких ремней. То есть можно было делать из нее пехотный или кавалерийский вариант. Но не в этом было основное его отличие. Панцирь состоял из стальных пластин размером с ладонь и был довольно гибким. По крайней мере, наклоны корпуса давались без труда. Скреплялся он тремя ремнями на груди и животе. Классическая крупнопластинчатая бригантина, корацина*. Довершали все это великолепие стальные перчатки и шлем. Перчатки были обычными, ладонь и подушечки пальцев закрывала кожа, остальное сталь, а вот шлем, шлем был произведением кузнечного искусства. Богатой игрушкой он не выглядел. Наоборот совершенно не привлекал внимание. Обычный барбют* с Y-образной лицевой щелью. Только напротив ушей были длинные вертикальные щели с заходящими друг за друга краями. Только верхние отростки буквы были закрыты чем-то вроде прозрачного серого пластика. Пластинчато-латная броня во всем великолепии.
Восхищенный я повернулся к друзьям.
— Нравится, — спросил Дорн.
— Очень.
— А шлем вот такой племяш придумал, похвались давай, — он подтолкнул Керина вперед.
— Щели я сделал довольно широкие, — начал тот, оглядываясь на пришедших корчму моих друзей, — но благодаря конструкции они совершенно безопасны. А глазные прорези я закрыл мраморной слюдой.
— Так она же хрупкая, — сказал Яг Топор, завистливо меня разглядывая.
— Ничего не хрупкая, — возмутился Керин. — Я придумал, как ее в горне отпускать. Наоборот, как бы мягкой чересчур не оказалась. Легкий удар слюда выдержит, а от тяжелого и сталь не спасет. Голова все-таки.