Человек с автоматом
Шрифт:
Вообще то распорядок жизни в части не был таким уж замысловатым. Однако именно эта его простота и, главное , незыблемость приводили в уныние новобранцев. В 6.30 - подъем. Далее - кросс, километров этак на десять. Легкий завтрак. Немного строевой подготовки и политучебы до полудня. Безвкусный ,вонючий обед из картофельного супа, "бигуса" - тушенной кислой капусты с салом и оранжевым жиром, кружка пресного компота и строго вымеренных кусочков черного и белого хлеба. После обеда - опять "спорттренаж" и зубрежка "Уставов". И так до ужина. Ну а вечером: либо кино в солдатском клубе, либо час-два так называемого "личного времени", которого едва-едва хватало на подшивание свежих подворотничков, застирывание и глаженье х/б, написание писем родным и любимым и непременную уборку казармы или территории части. Затем в обязательном порядке следовал "вдумчивый" просмотр программы "Время", "вечерняя" прогулка строевым шагом и с песнями ,поверка и ,наконец, столь долгожданный отбой .И так изо дня в день . Но самое интересное, что ни один из этих вроде бы простых до безумия составляющих армейской жизни не проходил для новобранцев гладко. "Товарищи" сержанты строго и ретиво следили за исполнением этого непреложного правила ,начиная прямо с подъема и редко когда заканчивая до отбоя. С первых же дней своей службы в учебке Генка никак не мог взять в толк необходимость и целесообразность нестерпимо повторяемых сержантами по утрам традиционных свистоплясок с одеванием и раздеванием новобранцев за положенные 45 секунд. Аналогичная картина нередко повторялась и сразу после отбоя. Но тут уже все было гораздо хуже. Невыносимо хотелось спать, глаза сами собой слипались, а голову как магнитом тянуло к подушке. Ан нет! - "Сорок пять секунд подъем", -вновь и вновь грохотал неподражаемый по тембру рык сержанта и вся "желторотая" братия кубарем сыпалась с коек, приглушенно скандаля друг с другом, суетясь, неуклюже путаясь в портянках ,и ,наконец, дружно и громким шумом выкатывалась на переднюю часть казармы ,где ее уже поджидал сержант. -Ну что, котики, -насмешливо начинал он свою проповедь с излюбленной фразы , лениво поглядывая на часы.- Опять не уложились во время, да? Нет, не уважаете вы старшего сержанта Коротких, не уважаете. Прийдется повторить...Сорок пять секунд о-о-о-отбой! - Ну сколько ж можно, - обязательно срывалась с языка у кого -нибудь из новобранцев роковая фраза. - Это еще что такое?!- наиграно удивляясь и багровея
* * * Наконец, к небывалой радости новобранцев, злополучный первый месяц службы подошел к концу и "Курс Молодого Бойца" был уже позади. Оставались считанные дни до долгожданного торжества по случаю принятия новобранцами воинской присяги и вручения им именного оружия. Это должен был быть самый необычный и запоминающийся день в их жизни. К нему готовились долго и основательно. Генка уже в сотый раз по требованию старшины заново переглаживал свою "парадку" 7 ,поминутно бросая недовольные взгляды в адрес надзиравшим над ним Коротких. - Что, складки пальчиков не режут?
– вдруг услышал он над своим ухом насмешливый и до боли знакомый голос. Генка вздрогнул от неожиданности и поспешно обернулся в сторону говорившего своему немалому удивлению он натолкнулся на сверлящий взгляд маленьких прищуренных глазок. Где-то он уже видел раньше эти ехидные глазки. Генка на минуту задумался, разглядывая скудный "ежик" на голове незнакомца и тут только вспомнил ,где он уже видел это лицо и слышал этот голос. Перед ним был тот самый лощенный "пижон" ,с которым он имел несчастье познакомиться на ГСП во время формирования их команды. - Леха, -поспешил представиться "пижон", протягивая Генке руку.
– А ты Генка. Я знаю. Я слышал твое имя и фамилию ,когда их зачитывал тот самый майор ,ну еще на ГСП. Вот не ожидал, что мы опять свидимся. А что, этот белобрысый слюнтяй ,он тоже здесь? - Ты о Денисе?
– быстро догадался Генка ,и лицо его тут же приобрело холодное выражение.
– Он мой друг. Так что, ты смотри, попридержи язык и не смей его так называть. Если ,конечно, не хочешь иметь дело со мной. -Ладно, ладно , извиняйте, -поспешил ретироваться и сменить тему разговора Леха.
– Ну-у, и как вы тут живете, а? - А тебе то, что? Ты то откуда взялся?
– вопросом на вопрос ответил Генка.
– Что-то я раньше тебя здесь не видел? - Точно, -с готовностью подтвердил Леха.
– Меня здесь не было. Я был в другой учебке. Знаешь, я же "водила"8...Ну, вот, меня туда вначале и послали. Ну чтобы "права" сделать и так далее. А теперь вот здесь. Кстати, Герман тоже со мной приехал. -Герман?
– недоуменно переспросил Генка, морща лоб и тщетно копаясь в закоулках своей памяти. -Ну, тот самый борец! Он тоже был с нами на ГСП, - пояснил Леха.
– Ты должен его помнить! - А-а, -наконец догадался Генка о ком идет речь. -Мальцев, твою...,-грубо перебил его Коротких.
– Ты еще долго собираешься болтать, а? Мне утюг нужен! - Я уже закончил, товарищ старший сержант, -виновато откликнулся Генка и поспешил протянуть утюг Коротких.
– А можно мне... - Можно в сапог п...,-взревел от ярости Коротких.
– Катись давай отсюда! - Что, сильно гоняет он вас ,-ехидно поинтересовался Леха, когда они с Генкой уже вышли из "бытовки"9 . - Да нет, не очень, -нехотя ответил Генка, аккуратно складывая на ходу брюки и направляясь в сторону "спального" сектора своего взвода. - Ладно, встретимся на плацу, перед обедом, -бросил ему в след Леха и легкой походкой направился тумбочке "дневального" и выходу из казармы.
* * * - Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных сил СССР, принимаю присягу и торжественно клянусь, - четко, в полный голос продекламировал Генка и неуверенно поднес к глазам бархатную папку с текстом присяги, собираясь читать текст дальше. Легкая дрожь колотила все его тело, ладони покрылись густой испариной и слегка подрагивали. Глаза Генки, слегка влажные от переполнявших его чувств ,были устремлены вперед ,на стройную и неподвижно застывшую шеренгу его товарищей. - Все ,хватит ,Мальцев,- требовательно зашептал ему на ухо командир роты капитан Сидоренко, протягивая лист для подписи.
– Вот, распишись здесь, только аккуратно. Генка неуклюже чиркнул ручкой по листу и без особого энтузиазма вернулся в строй, прижимая к груди автомат. -Ну-у, -взволнованно приветствовал его Денис.
– Ты классно держался, Генок. Я так не смогу. -Сможешь, -успокоил его Генка и не без гордости и трепета провел ладонью по прикладу только что врученного ему "Калашникова". -Ну, вот это ве-е-ещь!
– как бы прочитал его мысли Герман, стоявший в первом ряду справа от Генки.
– Знаешь, Генок, мне все не терпится пострелять из этой штуки. Теперь, я думаю, это уже скоро! Я вот слышал, как замполит говорил о стрельбах с нашим "ротным". Так что ,ждать осталось недолго. - Хотелось бы верить, -нетерпеливо произнес Леха и ,услышав свою фамилию, резко выпрямился и вышел из строя.
* * * Время летело стремительно и неудержимо. Уже был на исходе последний месяц пребывания Генки в учебке. Он сильно изменился за это время, даже как-то немножко вырос и раздался в плечах. Из робкого, порой нерешительного и скромного юноши он незаметно превратился в настоящего воина - уверенного в себе, физически крепкого и выносливого ,дисциплинированного и познавшего все тонкости и нюансы армейской науки. Кроме того, за долгие месяцы армейской службы Генка успешно освоил специальность гранатометчика и на контрольных стрельбах показал отличные результаты. Не менее удачно ему удалось сдать и сезонную армейскую проверку, совпавшую с его выпуском из учебки, за что ему даже было присвоено воинское звание "ефрейтор" и звание "Специалист 3 класса", с вручением соответствующего свидетельства и большого нагрудного значка.
Одним пасмурным утром, когда Генкин взвод в очередной раз сдавал кросс, Денис, который тоже немало изменился в лучшую сторону, неожиданно нагнал его и сбивчиво зашептал на ухо: -Генок, новость знаешь? Все! Завтра отправляемся в Афган! Это уже точно! Мне сам замполит сказал, по большому секрету. -В Афган?!
– недоверчиво переспросил Генка и лицо его слегка побледнело. - Ну, -кивнул Денис.
– Ты же писал рапорт с просьбой отправить тебя исполнять твой интернациональный долг?! - Точно, было такое, - согласился Генка. - Ну вот ,дождались! Теперь нас ждет чужая земля и "зеленый дембель" 10 ,-бесцеремонно вмешался в разговор Герман.
– Классно, да? - Наконец то, дождались, -подтвердил его мысль Леха.
– Все, прощай треклятая учебка! Говорят ,в действующих частях все попроще: ни тебе постоянных кроссов, ни муштры, ни строевой. Да и кормят получше...
* * * ВЕТЕР ДУЛ С ВОСТОКА. Пышущий жаром ,глухой и безучастный ко всему живому ,он с легкой небрежностью и презрением ворошил барханы , стелился по земле песчаной поземкой и с диким необузданным воем носился по мрачным острогам скалистых хребтов и ущелий. Афганистан - этот застывший мир понурых гор, пустынь и солнечного зноя за всю свою многовековую историю никогда не был гостеприимным к пришельцам. И особенно это касалось завоевателей! Генка понял это сразу, как только оказался на этой многострадальной земле. Армейский "уазик", в кузове которого он ехал в часть, постоянно трясло и швыряло из стороны в сторону на нескончаемых ухабах афганской "бетонки". По этой причине Генка был вынужден все время ерзать на дубовой скамейке в тщетной надежде найти себе наиболее удобное место и ,наконец, обрести долгожданный покой. Однако, не эта банальная проблема больше всего волновала сознание Генки. Все его внимание было приковано к окружавшей дорогу "зеленке" 11 и мрачным руинам глинобитных дуканов12 , время от времени попадавшихся ему на глаза. Эти жалкие развалины и пепелища выглядели безжизненно и сиро. Безмолвие и смерть незримо витали над их обожженными стенами ,вызывая в душе Генки горечь и смятение. -Ну-у, чего пригорюнились ,хлопцы, - неожиданно прервал молчание и сдержанно произнес смуглолицый капитан ,сидевший на полу кузова напротив Генки.
– Выше нос, соколики. Осталось совсем чуть-чуть. К обеду будем уже в части. Генка мрачно усмехнулся и медленно перевел взгляд с "зеленки" на капитана. - А вы здесь давно служите, товарищ капитан?
– небрежно и как бы между прочим спросил он и ,слегка прикусив губу, дерзко заглянул в глаза офицера. -Да уж порядочно, -нехотя откликнулся тот ,не удостоив Генку даже случайным взглядом.
– Служим -не тужим !И вам того желаем... - А как же война?!
– сам удивляясь своей настырности ,продолжал "допрос" Генка. - А что война?!
– безучастно усмехнулся капитан.
– Война - она и есть война! А мы на то и солдаты ,чтобы воевать. Жарковато конечно здесь бывает ,но ничего. Привыкнуть можно. А ты чего такой любопытный, а, москвич? У вас все в столице такие ,да? -Так точно ,товарищ капитан, -виновато улыбаясь ,подтвердил Генка .-А что, это плохо, да? - Да нет вообще то, -неуверенно пожимая плечами, ответил капитан. -Да вот только ,вы иногда очень странными бываете. Отчаянными ,что ли ?!Лезете всюду...Да и дури у вас в голове поболе чем у других. Все вас на "подвиги" тянет! Ты вот, ведь небось тоже в герои метишь? А? - Да нет, не так чтоб очень, -замялся Генка.
– Ну-у-у, хочется , конечно, себя маленько испытать в серьезном деле .Ну так чтож в этом такого... -Ну ,Мальцев, это ты врешь!
– раззадоренно перебил Генку капитан.- Вон в учебке как отличился - одни награды и поощрения. Одно слово -ефрейтор! Чтож ты, пока учился - "рвал", "рвал" 13 , а теперь хочешь прикинуться сирой овечкой? Ну, это ты брось! Я же вижу ,как у тебя глазки то вспыхивают , когда ты на свой "Калашников "смотришь... Так что , брось прикидываться! А то... Капитан не успел закончить свою мысль и запнулся на полуслове. "Уазик" неожиданно сильно тряхнуло и ,прикорнув к обочине, он резко затормозил и неподвижно замер в густом облаке пыли и песка. Все ,кто находились в кузове, в жутком беспорядке попадали на пол со своих мест и ,отчаянно матерясь и потирая новоиспеченные ссадины и ушибы, встревоженно переглянулись друг с другом. Первым пришел в себя капитан. Крепко зажав в руке автомат и витиевато ругаясь, он бесцеремонно протиснулся к заднему борту и ловко спрыгнул на землю. -Ну и в чем дело?
– раздраженно и грубо поинтересовался он у "водилы", вскочив на подножку кабины "уазика". -Товарищ капитан, - растерянно заговорил ему в ответ слегка напуганный прапорщик, сидевший в кабине рядом с "водилой".
– Там ,в "зеленке" ,что-то
Между тем , из задней двери БМП уже поспешно , но слаженно и дружно один за другим выпрыгивали на дорогу разгоряченный десантники в бронежилетах и защитных "шлемах". Один из них - широкоплечий верзила с сержантскими "лычками" на погонах заспешил в направлении Генки и капитана, встревоженно вглядываясь в оцепеневшую "зеленку" и старательно пригибаясь к земле. Оказавшись прямо перед капитаном, он начал о чем-то быстро и взволнованно ему докладывать, время от времени отчаянно жестикулируя и недвусмысленно указывая рукой в сторону клубившегося над одним из придорожных холмов густого черного дыма. Капитан слушал его молча, не перебивая. Лишь изредка он начинал недовольно морщиться и покусывать побелевшие от нервного напряжения губы. Все его внимание было сосредоточено на грязно-коричневых острогах скал, из которых поднимался дым и тянуло гарью. С каждой секундой его лицо приобретало все более мрачное и беспокойное выражение. Тем временем, ввереные ему десантники , в считанные минуты покинув БМП, уже успели организованно рассыпаться в боевую цепочку и занять оборону у самой кромки притихшей "зеленки". Они лежали в ожидании приказа своего командира, жадно прильнув всем телом к земле и выставив в сторону скал вороненые стволы своих автоматов. -Первое отделение, к бою!
– наконец громко и уверенно скомандовал им капитан и нетерпеливо подтолкнул в плечо сержанта в направлении его солдат. Десантники поспешно повскакивали со своих мест и , не дожидаясь сержанта, дружно двинулись короткими перебежками в глубь затаившейся "зеленки". Капитан проводил их удовлетворенным взглядом и , резко обернувшись в сторону высунувшего голову из люка БМП наводчика-оператора, приглушенно скомандовал в его адрес: - Ходжаев, мать твою...,быстро свяжись с "Десяткой"! Пусть остаются на месте и прикрывают нас с тыла! В случае чего - пусть действуют по обстоятельствам! Мансуров остается за старшего! Приказ понял? -Так точно, товарищ капитан, -на одном дыхании выпалил Ходжаев и не медля ни секунды скрылся в чреве БМП. -Все-о-о, по-ошли!
– не оборачиваясь, распорядился капитан уже в адрес Генки и прапорщика.
– От меня ни на шаг. При первом же выстреле падать на землю и дергаться без особого на то приказа! Капитан вскинул вверх правую руку с зажатым в ней "Макаровым" , резко перехватил ее запястье левой ладонью и , не обращая внимания на пыхтевших ему в затылок Генку и прапорщика , быстрыми перебежками бросился вслед за успевшими продвинуться далеко вперед по "зеленке" десантниками.
Чем ближе десантники подбирались к источнику дыма , тем осторожнее и взвешеннее становилось каждое их движение и более внимательны взгляды в сторону скал и хрустящего под ногами песка. Каждый из них ,за исключением , разве что, Генки прекрасно знал и осознавал, чем был чреват один неосторожный безрассудный шаг по этой проклятой богом и людьми восточной земле. Смерть могла караулить их повсюду, как в виде затаившегося среди мрачных скал "душманского" снайпера с американской винтовкой, так и в виде нашпигованной взрывчаткой и смертоносным свинцом мины - ловушки, заботливо присыпанной песочком и в нетерпении ждавшей своего часа. Генка строго следовал за своим командиром след в след, отчаянно кусая губы в кровь от напряжения и до хруста в суставах сжимая в ладонях свой липкий от пота "Калашников". Раскаленный воздух сильно затруднял дыхание. Обильный соленый пот жадно струился по его лицу и едкой туманной пеленой застилал глаза. Но Генка, кажется, этого не замечал. Все его мысли были сосредоточены совсем на другом. Ему было невыносимо стыдно и горько признаться прежде всего самому себе в том ,что он беззастенчиво трусит. Страх вперемешку с диким животным ужасом дамокловым мечом довлели над всеми его мыслями и чувствами .Эти банальные , но между тем безграничные чувства ,заложенные в него Его высочеством Природой, грубо и бесцеремонно выворачивали наизнанку его душу и кровожадно теребили самые сокровенные уголки его сознания. Внешне он, конечно, не показывал виду ,отчаянно хорохорился и даже пытался чудовищным напряжением воли сохранить на своих губах циничную и равнодушную улыбку. Но все это было только лишь внешне. Всемогущий и непокорный инстинкт самосохранения с каждым мгновением набирал в душе Генки свою сил и мощь. И от этого было никуда не уйти и не спрятаться.
Погруженный в свои тяжелые мысли и раздумья ,Генка чуть было не врезался лбом в спину неожиданно застывшего на месте капитана. Они стояли на самом краю небольшого оврага и капитан что-то пристально разглядывал на самом его дне. Генка неуверенным жестом смахнул со своих бровей капельки пота и поспешил заглянуть через плечо капитана в овраг, из которого изредка продолжали подниматься жалкие ошметки черного дыма. То ,что открылось его взору, окончательно повергло его в ужас и смятение. Холодный пот заструился у него по спине и плотно сжатые зубы сами собой выдали замысловатую "дробь". Не вызывало сомнений ,что столпившиеся у самой кромки оврага десантники испытывали те же чувства ,что и Генка. По крайней мере, они даже не пытались скрывать своего смятения, угрюмо молчали и растерянно переглядывались друг с другом, не в силах произнести ни слова.
Открывшаяся взорам десантников и Генки картина и вправду была ужасной . На самом дне злополучного оврага слабо дымилась и источала тошнотворный аромат бесформенная груда земли и металла. С огромным трудом в ней угадывались обезображенные контуры некогда грозной "вертушки" 14 .Ее прежде изящный обтекаемый корпус был грубо раскурочен взрывом и обглодан пламенем, остатки шасси и изодранных в клочья топливных баков были все еще объяты языками огня и окутаны черным дымом. Грубо закрученные по спирали лопасти, останки двигателей и зловеще поблескивавшие в лучах солнца куски пилотской кабины в диком беспорядке усеивали склоны оврага , придавая всему зрелищу нереальный, фантасмагорический оттенок. В считанных метрах от тлеющего остова "вертушки" Генка к своему немалому ужасу обнаружил две почерневшие и застывшие в неестественных позах фигуры , лишь отдаленно напоминавшие человеческие. Густой тошнотворный запах и смрад ,ко всему прочему, висели над всем этим местом разыгравшейся драмы. -Что ,парень, занятная картинка, не правда ли?
– с горечью в голосе прервал молчание капитан, обращаясь к Генке.
– Эко его угораздило! Знаешь, а эти "летунам" 15 не было еще наверное и двадцати пяти ... И теперь уже никогда не будет! -Однако, черт возьми, -взяв себя в руки, холодно и мрачно процедил сквозь зубы капитан и после продолжительной паузы громко скомандовал в адрес десантников: -Всем рассредоточиться и прочесать окрестности .Кто знает , какие еще сюрпризы на приготовили "духи". Что то мне не нравится эта зловещая тишина. Капитан замолчал и после недолгих раздумий поспешил спуститься вниз по склону оврага и , предусмотрительно прикрывая ладонью лицо , приблизился вплотную к все еще пышущим жаром останкам "вертушки" и ее злополучных пилотов. Обойдя вокруг пепелища несколько раз ,он жестом подозвал к себе десантника с рацией и медленно заговорил в его адрес: -Мда-а, вот она - война! Во всей своей своей красе! Ни номеров ,ни х... не осталось .Передавай на базу о неопознанной сбитой "вертушке"! Пусть тщательно прочешут район и близлежащие кишлаки. Похоже "духи" побывали здесь совсем недавно и ,уж точно, не могли уйти далеко. Давай, давай передавай ,Корнеев, ну чего ты возишься,... твою в душу мать ! Радист торопливо кивнул и ,сбросив с плеч ранец с рацией ,принялся усердно вызывать в диктофон базу.
– Товарищ капитан, -неожиданно окликнул капитана запыхавшийся сержант десантников , быстро сбегая вниз по склону оврага.
– Вроде все тихо ,командир! "Духи" как в воду канули! Мои хлопцы облазили все вокруг .Снайперов и мин не обнаружено. Может... -У-уф, хоть в этом повезло ,-грубо перебил его капитан и грустно добавил ,взмахивая рукой в направлении останков пилотов "вертушки": -Заберите трупы "летунов" на броню. Утром отправим их на "Черном тюльпане" 16 в Кабул... - Но...,-неуверенно перебил его сержант , нервно кусая губы. -Что еще?
– небрежно бросил через плечо в его адрес капитан, засовывая свой "ПМ" обратно в кобуру и собираясь выбраться из оврага. -Товарищ капитан, там...,-сержант взволнованно взмахнул рукой в направлении соседней сопки ,примыкавшей к оврагу, и дрожащим голосом продолжил, -Мы там обнаружили еще один труп. Тоже "летун". Эти двое, что возле "вертушки", должно быть погибли сразу. А тому повезло меньше. Судя по всему ,"духи" взяли его еще живым. Ну и ... Сержант осекся. Лицо его побледнело и покрылось испариной. -А ну ,пошли посмотрим ,-настороженно произнес ему в ответ капитан и добавил уже в адрес Генки: -Мальцев, от меня ни на шаг. Генка с готовностью кивнул и поспешил присоединиться к карабкавшимся по склону сопки капитану и сержанту десантников. Через пару минут они были уже наверху и быстрым шагом направились к соседней с оврагом сопке. Обогнув сопку ,они оказались среди залитых солнцем скал и Генка сразу понял причину необычайной бледности и замешательства на лице сопровождавших их сержанта. В небольшой ложбине среди груды еще тлеющих углей лежало истерзанное тело третьего вертолетчика. Колени, кисти рук и спина мертвеца были безжалостно обуглены. Но вот обезображенной гримасой боли и невыносимых страданий лицо вертолетчика оставалось целым и невредимым. Тошнотворный аромат паленой плоти ударил в лицо Генке и .он оказался не в силах сдержать свой организм от приступов рвоты. Когда он немножко пришел в себя и вновь смог взглянуть на мертвое тело, тот первым ,на что он обратил свое внимание, был странный предмет в виде большого котла ,намертво прикрученный к заднице трупа. Грязная ругань и вспышка ярости и злобы стали ответом на его недоуменный взгляд в адрес сержанта. -Что ,парень ,жутко, да?- процедил тот сквозь зубы, глядя Генке прямо в глаза.
– Ты смотри, смотри! Не смей отворачиваться! Тебе с подобным прийдется еще не раз столкнуться в этой проклятой богом стране. Это еще только цветочки... - А что ,что они с ним сделали, - вырвалось у Генки. -Да так, ничего особенного, -сержант смачно и зло сплюнул и раздраженно продолжал.
– Это они ,гады, змейку пропустили через его кишки. Знаешь ,у них ,воинов Аллаха, мать их дери, такая казнь в почете. Привязывают ,значит, тебе котелок к заднице со змеей и сажают на костер. Так вот, когда эту гадину, змейку, пригреет, она начинает через твои кишки отчаянно рваться наружу. Дохнет, конечно! Но и ты вместе с нею. А за те минуты ,что она рвет тебе внутренности, ты медленно лишаешься рассудка. А "духи" давятся от смеха ,глядя на твои мучения. Им что ,ты для них "неверный"! Чем мучительнее будет твоя смерть ,тем более радушен к ним их чертов "Аллах". Хорошенько запомни это ,парень! Кто знает, вдруг на следующем костре окажешься ты !? А?! -Отставить ,Гнедых!
– грубо оборвал монолог сержанта капитан.
– Парень вон и так чуть в обморок не валится .А ты еще на него наезжаешь! -А что я ,товарищ капитан,- в сердцах огрызнулся Гнедых, раздраженно размахивая руками.
– Пусть привыкает! Мне завтра с ним может быть в бой идти , а он тут "нюни" распускает ! -Отставить пререкания ,сержант, - не на шутку вскипел от ярости капитан ,но взяв себя в руки , поспешил холодно добавить: -Этого "летуна" тоже на броню. А с тобой ,Гнедых, мы потом разберемся, что к чему. Уж больно ты разговорчивый стал в последнее время! С чего бы это?! -Так точно, командир, -мрачно и обиженно пробурчал себе под нос сержант и , закинув за спину автомат, направился к трупу. Генка с ужасом проводил его взглядом и не в силах сдержать очередной порыв рвоты метнулся в сторону ближайших кустов.