Чтение онлайн

Оказалось - тут другое, парень констатировал все также длинно и многосложно:

– Вы говорите на истинном цефане.

А они, значит, не на истинном. Вот откуда режущая слух растянутость во фразах парня. Рано, стало быть, Михаил порадовался хорошей коммуникации.

– Ничего, приспособитесь со временем, - продолжал парень, - а пока что покороче старайтесь говорить, лучше - одним словом. А я буду специально спрашивать так, чтобы вы могли отвечать либо "да", либо "нет".

– Да, - ответил Михаил, чувствуя себя глуповато. Парень улыбнулся:

– Как вас зовут?

– Михаил, - а почему бы правду не сказать?

–

Ми-ха-ил. А меня - Карсун.

– А меня - Талира, - представилась девушка. И добавила почти без вопросительной интонации:

– Вы есть хотите?

А Михаил на самом деле не хотел, значит, девушка не узнала о Михаиле так уж много, когда через очки на него смотрела. Но сам-то он знал, когда рассматривал парочку через свои очки, что они недавно поели... Или Талира узнала очень много, в частности, что Михаил истосковался по хорошей пище? Действительно ж соскучился, ответил: "Да!" - почти непроизвольно.

– Тогда пойдемте в планер, у нас пирожки с собой, - явно обрадовался Карсун.

От слова "пирожки" рот наполнился слюной, пришлось ее глотать. А почему - планер? У него же мотор с винтом. Как бы выяснить... Михаил произнес с очень вопросительной интонацией: "Планер?" - используя то самое, длинное, слово, что и Карсун. Тот ответил раздельно:

– Это солнечный планер.

И все стало ясно. Цефан, даже не истинный, есть цефан, в каждом слове раскрывается его смысл. В частности, солнечный планер - это летательный аппарат, который в воздухе главным образом планирует, парит, не гнушаясь ветром и восходящими потоками, однако есть у него и электромотор с винтом, работает от аккумулятора, который заряжается от покрывающих крылья фотоэлементов. Конечно, много энергии от солнца не запасешь, но взлететь и набрать высоту - хватает. А в этом мире еще и световой день очень длинный, да и облаков Михаил пока что не наблюдал, для солнечных планеров - самое раздолье. Аккумуляторы заряжаются постоянно - и на земле, и в полете. Кроме того, Карсун рассказал, пока шли, что на земле можно поменять лопасти винта на другие, большие размером, и винт превращается в ветряк, а мотор - в генератор, тоже батарея заряжается. Да, действительно - верхняя сторона крыльев черная, расчерченная тонкими светлыми линиями на маленькие прямоугольники. Фотоэлемент.

Загрузились в планер, Михаилу нашлось место на полу за креслами пилота и пассажира. Рядом с двумя тушками крупных членистоногих - таких же, как то, которое Михаил недавно подстрелил и съел. В тушках были дырочки - как раз на сочленении "черепа" с "хвостом", Михаил туда же стрелял.

Карсун и Талира с интересом разглядывали маскировочный плащ, корзинку, особое внимание привлек примотанный к палке панцирь членистоногого. Видимо, охота на этих тварей - основное занятие встреченной парочки. Тогда - не спасатели.

Карсун сел за штурвал - в форме баранки - нацепил очки-различитель - наверное, восходящие потоки высматривать, очки Михаила это позволяют. Талира, расположившись к кресле пассажира - точнее, стрелка, - первым делом достала коробку с пирожками, угостила Михаила, сама взяла. Пирожок - с тонким хрустящим тестом, острой мясной начинкой. Чувствуется привкус тушенки, но жаловаться не грех, а кощунство.

Загудел мотор, засвистел винт, и планер мягко взлетел.

Набрали высоту, Михаил сунулся вперед - посмотреть, как мир выглядит сверху. Ничего особенного - сплошная зеленая степь с редкими пятнами ям.

Карсун выключил двигатель, взял пирожок из коробки, но кусать

не стал - начал разговор:

– Так вы были в Обитаемом Пространстве?

Отрицать? А смысл?

– Да, - правдиво ответил Михаил.

– И по какой дороге миров вы к нам попали, по Осевой?

– Э-э-э...

– По Ключевой?

– Не знаю.

– Что?

Даже такую простую фразу не понимают? И что делать? Попробовал отвечать как можно односложней:

– Нет. Знать.

– Не знаете?

– Да, - ага, надо было говорить "не знаю" еще длиннее.

– Тогда, наверное, по Динамической.

Михаил как-то не сразу осознал, что речь идет о параллельных мирах. Но словосочетание "дорога миров" на цефане звучит однозначно. Здесь не просто знают про лазы, а спокойно лазят по соседним вселенным, и до отдаленных добираются.

– Оба лаза Динамической дороги миров сейчас на ночной стороне, - продолжал Карсун, - а лазы не выпускают в опасные места. У нас они смещают выход на дневную сторону, на ночной слишком холодно. Хотя вам не слишком повезло, здесь степь безлюдная. А может и повезло, люди... всякие бывают. Вы же, наверное, людей так и не встретили?

– Нет.

– Встретили?!

– Да. Там, - Михаил махнул рукой в направлении селения синхронных.

– А, гнилозубые. Но с ними лучше не встречаться. Достаточно издалека посмотреть, чтобы понять... Хорошо, что у вас есть различитель.

Что такое различитель? Сверхочки, наверное.

– А откуда он у вас?
– спросил Карсун.
– Купили?

– Нет.

– Нашли?

– Нет.

Так, сейчас заподозрят, что Михаил очки украл или добыл разбоем. Попытался ответить, используя самое длинное цефановское слово, которое придумалось:

– Подарок, - а ведь правда, подарок.

Карсун хмыкнул:

– Хороший подарок. Различитель в мире Бэдэй - самая нужная вещь. А кто подарил?

Обещал же Карсун формулировать вопросы так, чтобы можно было отвечать "да" или "нет". Верь после этого обещаниям. А название мира надо запомнить.

Попытался ответить:

– Жена.

Да-а-а, вот уж вырвалось, так уж вырвалось. И - снова ведь правду сказал, Ника яасен подарила, и она Михаилу не девушка или половой партнер, их отношения гораздо серьезнее. Ника - супруга, половинка. Их не штамп в паспорте соединил, и даже не в чувственной связи дело, что-то большее... высшие силы, не иначе.

А разъединила их Михаилова глупость.

Накатила привычная смесь боли с отчаянием, которые пришлось глушить таким же привычным волевым усилием. Заглушилось только частично, но хоть наружу ничего не вырвалось, не стоит демонстрировать свою эмоциональную нестабильность.

Талира повернулась к Михаилу:

– Вы пошли в Обитаемое Пространство без жены?

Михаил только и смог, что изобразить руками беспомощный жест.

Взял еще пирожок, попытался сосредоточиться на его восхитительном вкусе. Как ни странно, удалось.

А Талира задала следующий вопрос:

– А зачем вы пошли в Обитаемое Пространство? За бессмертием?

С иронией сказано. Легкой, едва заметной, но все равно очень обидной - у Михаила очередная буря в душе едва утихла, а Талира насмехается, как будто он действительно мог взять, и оставить Нику одну ради какой-то вшивой вечной жизни.

Пробормотал в ответ:

– Лечиться.

Вот и соврал. Как говорят в Обитаемом Пространстве: "А что, уже и соврать нельзя?"