Чтение онлайн

Асбрак скорчился на лестнице. Та ступенька, на которой он сидел, была слишком узкой и не давала достаточной опоры массивному королевскому седалищу, а верхняя очень неудобно врезалась в нижнюю часть спины.

— Громче, чем ты себе можешь представить. И весь город спал, как ни в чем не бывало, как будто вокруг были тишина и покой. Знаешь, Поссик, я в ту ночь был с женщиной, а эти птицы — их там называют морскими курочками — разбудили меня на рассвете. Их вопли выдернули меня из кровати, словно глас владыки Царства мертвых! Я стоял посреди комнаты, весь голый, и пытался понять, жив я еще или уже мертв, а эта чертовка из борделя дрыхла как ни в чем не бывало! Знаешь, она была такая мягкая и нежная, как настоящая леди, и дрыхла,

завернувшись в одеяла, как младенец в люльке!

Асбрак попытался устроиться на ступеньках хоть немного удобнее. Он уже где-то слышал про крикливых морских курочек, но не мог сразу вспомнить, с чем это было связано. Ничего, Рэнд наверняка вспомнит.

— И все же ты — великий путешественник, — ответил Поссик. — Далеко не каждому случалось бывать в Девлине, — он засмеялся, — и спать с пиратскими красотками.

— Да уж, она была настоящей пираткой, — подтвердил его приятель. — Содрала с меня кучу денег и пересчитала все, до последнего медяка. — На этот раз засмеялись оба. — А наутро я увидел такое, что мне показалось, будто я с вечера еще не протрезвел. Сперва меня разбудили эти чертовы морские куры — ну, про них я тебе уже рассказал, — а когда я выбрался из гостиницы в город, мимо меня прошел настоящий высокий лорд с моей родины. Только одет он был очень просто и шел один, без свиты, — а это вообще неслыханно.

Это замечание очень заинтересовало Асбрака, но тут в таверне снова затянули песню.

Правитель подался вперед, сразу забыв про боль и неудобства. Эти люди разговаривали о Девлине! И они продолжали беседу, да только громкая нестройная песня мешала королю как следует расслышать их слова. Асбрак чуть сдвинулся, и его объемистая плоть постепенно переползла ниже, на следующую ступеньку. Тетерь колени монарха почти касались занавески.

Изо всех сил напрягая слух, он пытался понять, о каком именно лорде говорит матрос.

Король предполагал, что простой матрос мог счесть знатным лордом Реффекса. Однако граф ни за что бы не стал ходить по улицам на рассвете, да и не оделся бы в простое, скромное платье. Кроме того, Роган и Реффекс вряд ли добрались до Девлина даже сегодня — следовательно, этот матрос покинул пиратский город раньше, чем они туда попали.

— …племянник короля. Я видел его довольно часто. Я только собирался что-то сказать, но он прошел мимо так быстро, что успел скрыться за углом, прежде чем я смог заговорить.

Пока Поссик отпускал комментарии о воздействии вина на органы речи и прочие телесные члены, король лихорадочно перебирал в уме возможных своих племянников. Это было несложно — потому как племянников у Асбрака Толстого не было вовсе. Из всех родственников мужского пола у него имелись только несколько троюродных кузенов, и родство это было настолько отдаленным, что с ним можно было не считаться. Кроме того, ни одного из этих кузенов не приняла бы за знатного лорда даже неотесанная деревенщина, а не то что этот тертый морской калач.

— Вино, конечно, да… Только все вино вышло у нас с потом — у меня и у той ушлой чертовки, с которой я кувыркался всю ночь. Голова у меня была ясная, как стеклышко. Вопрос еще в том, что у него даже волосы были те же самые — коротко остриженные, а не завитые по нынешней моде. И побрит он был точно так же — без бороды, но с усами. Знаешь, я теперь страшно жалею, что не догнал его и не посмотрел, на месте ли шрам…

— Ну, а если бы и был, что тогда? — спросил Поссик.

Ответ заглушила песня. Когда поющие замолчали, парочка за столом рядом с Асбраком уже обсуждала достоинства «маленькой чертовки». Вскоре монарх ознакомился со всеми особенностями ее тела, а также постельными привычками красотки гораздо подробнее, чем ему позволяли скромность и благоразумие.

Двое моряков все разговаривали и разговаривали, и все не о том, что так интересовало Асбрака. В Девлине появился какой-то знатный лорд. Но кто это был? Из какого он королевства?

И когда он там оказался?

К тому времени, когда двое приятелей наконец поднялись из-за стола и собрались уходить, у Асбрака так затекли ноги от долгого сидения в неудобной позе, что он не смог сразу встать. Он испугался, что не сможет подняться, не вскрикнув от боли. Еще хуже было бы, если бы король упал вперед, выкатился сквозь занавеску в зал таверны и растянулся бы на полу в нелепой и недостойной позе. Правитель медленно и осторожно распрямил и вытянул вперед ноги, так, что носки его сапог просунулись сквозь переплетенные веревки занавеси, за которой он скрывался. Как только его ноги обрели чувствительность, Асбрак снова согнул их и поставил на нижнюю ступеньку. Стараясь двигаться как можно тише, король медленно поднялся в вертикальное положение, балансируя, как акробат на канате.

Асбрак уже поздравил себя с успешным исполнением акробатического трюка — и вдруг заметил, что коридорчик, по которому он пробрался к занавеси, настолько узок, что развернуться в нем такой массивный человек, как он, просто не сможет. Чувствуя себя совершенно по-дурацки, король начал медленно пятиться назад, вверх по ступенькам. Добравшись до коридора, он все-таки сумел повернуться и вскоре вышел через черный ход в переулок.

Невзирая на терзавшие его голод и жажду, король не стал заходить в другие портовые таверны, а сразу направился к условному месту, где его ожидал конюх с лошадью. При помощи специального табурета Асбрак взобрался в седло и поехал домой.

— Один плюс один будет три. — Марсия собирала сумку, которую купила несколько дней назад на деревенской ярмарке.

Борфис сидел на краю кровати и смотрел на нее.

— Правда? Это кто так сказал?

— Никто. Это правило математики. Можно изобрести абсолютно любую систему, но она непременно должна быть внутренне логичной.

Борфис почесал щеку и уставился в потолок.

— А, понятно, — молвил он через несколько мгновений. — Ты имеешь в виду воображаемые числа. — Демон скрестил ноги и прилег на бок, опершись на локоть.

В памяти Марсии всплыл голос ее матери, которая в очередной раз высказывала все, что думала по поводу тех, кто ложится на постель в обуви.

— Не знаю, о каких таких воображаемых числах ты говоришь, — сказала она, скатывая свитер в тугой сверток. — Я не настолько хорошо разбираюсь в математике.

Марсия посмотрела на Борфиса, потом на свитер. «О чем это я говорю?» — спросила она у себя.

— При чем тут математика? Я имел в виду всего лишь числа, которых нет на самом деле. То, о чем говоришь ты, это ведь всего лишь картинки, обозначающие какие-то числа, правильно?

Марсия затолкала свитер в угол дорожной сумки.

— Картинки, изображающие числа? Нет, я говорила о числах. В общем-то, на самом деле я говорила о том, что собираю вещи для путешествия в Нижние Сферы. Из всего, что я делаю, логично и разумно только одно — то, что согласуется со всеми прочими моими безумными выходками. Другими словами, мне бы сейчас следовало подготовиться к выходу на работу в понедельник, узнать, готовы ли вещи, которые я сдавала в чистку, — ну, и прочее тому подобное. А вместо этого я собираюсь пойти по следу сумасшедшего старика, который бродит бог знает где. И когда я найду его, единственное, что я смогу сделать, — это снова следовать за ним, потому что именно этого требовало задание — по крайней мере, я уверена, что именно этого, — то задание, что я получила от… от матушки-наставницы на второй день пребывания в организации божественных герл-скаутов, штаб-квартира которой находится в произвольной части города, но имеет потайной выход на гору Олимп. — Марсия воззрилась на Борфиса. — Надеюсь, теперь ты понял, что я имела в виду.