Чтение онлайн

Король остановился возле таверны и сосредоточился на своей наружности. Асбрак ясно сознавал, что необходимо как-то скрыть царственную осанку и прочие признаки благородного происхождения. Чтобы правителя принимали за обычного горожанина, недостаточно переодеться в одежду простолюдина. Нужно еще и принять благодушный, вежливый вид, надеть на лицо своего рода «маску», сквозь которую не будет виден пылающий внутренним огнем королевский взор.

Асбрак решил подождать, пока к таверне подойдет кто-нибудь еще, чтобы войти не одному, а как будто в компании. Он уже не раз так делал. Правитель искренне верил, что таким образом впечатление от его появления в таверне как бы поблекнет, внимание

завсегдатаев отвлечется на других посетителей и никто не признает в нем переодетого монарха.

Король отступил на несколько шагов от двери и с невинным видом принялся разглядывать мостовую. Прошло всего несколько мгновений, и из-за угла показался невысокий, тощий горожанин. Он двигался быстрым, торопливым шагом. Асбраку показалось, что этого человека он уже где-то встречал. Тощий горожанин мельком взглянул на короля, кивнул и быстро проскользнул за дверь таверны. Асбрак последовал за ним.

Войдя внутрь, правитель огляделся. Сначала он не понял, куда подевался маленький горожанин, а потом заметил его. Тот стоял в ожидании возле бочки, а девушка-служанка наливала ему в большую кружку пиво.

Асбрак подошел поближе и попросил девушку подать ему жбан янтарного пива, немного хлеба, порезанный ломтиками соленый сыр и оливки. Пока служанка разворачивала сыр, обернутый виноградными листьями, и нарезала его ломтиками, король спросил ее об этом горожанине. Он старался говорить мягко, чуть пришепетывая. Асбрак был уверен, что подобное произношение весьма характерно для торговцев. Но на самом деле такой особенностью отличалась речь только одного амбермерского торговца, причем довольно известного. Этот торговец разбогател, поставляя ко двору его величества соленую икру, копченую рыбу и прочие морские деликатесы.

— А, это мой дядя Дибрик, ваше… ваша милость, — ответила служанка.

Асбрак удивленно поднял брови и повернулся посмотреть, куда удалился горожанин с кружкой пива. Девушка вроде бы не разволновалась, но вдруг стала какой-то рассеянной и неуклюжей. У нее все валилось из рук. А ее дядя Дибрик устроился у окна и смотрел на улицу, опершись локтями о стол и поднеся к губам кружку с пивом.

Девушка попыталась проводить Асбрака к большому креслу возле очага, но король, бдительно выискивавший любые признаки заговоров, пробрался между тесно стоявшими столами в дальний угол зала и уселся на трехногий табурет возле окна. Монарх как раз поздравлял себя с тем, как удачно он устроился рядом с подозрительным тощим горожанином, когда девушка принесла ему еду и пиво.

— Вот вы где, господин, — громко сказала она. — А я думала, вы сядете возле огня.

Асбрак поднял руку и покачал головой.

— Мне и здесь удобно, — почти шепотом сказал он.

Служанка поставила тарелки и кружку на стол с таким грохотом, что король, озабоченный секретностью, болезненно поморщился. Человек, которого, она назвала своим дядей, даже не посмотрел в сторону Асбрака. Но когда служанка уходила, она прошла мимо дяди и так сильно толкнула его стол, что Дибрик едва не упал. Он начал было возмущаться, но заметил короля и вскочил на ноги.

— А! Ха-ха! — издал Дибрик, после чего шаркнул ногой и дотронулся пальцем до кончика носа. — Ха-ха! — повторил он.

Асбрак уставился на него, не понимая, что должны означать эти звуки и телодвижения. Король уже начал подозревать, что тощий горожанин попросту не умеет разговаривать, когда тот отчетливо произнес одно слово.

— Дибрик, — представился горожанин, потом оглянулся, как будто проверяя, не исчез ли куда-нибудь его стул, и уселся. Повернувшись к Асбраку, он скривился и снова встал: — Жарильщик. Жарю мясо. — Дибрик притронулся было к шляпе и тут же принялся чесать за ухом. — Ах! — сказал

он и посмотрел на свою руку, словно не понимая, откуда она взялась. Затем он опять сел на стул.

— Тоббрук, — кивнул король, пытаясь вспомнить, где же он раньше видел этого тощего горожанина. — Виноторговец.

— Ха-ха! — снова хохотнул Дибрик, после чего старательно прочистил горло и надолго присосался к своей огромной кружке с пивом.

Асбрак тоже поднял кружку. Он уже начал жалеть, что отказался от мягкого кресла у очага. А когда король — буквально в следующее мгновение — припомнил наконец, где раньше видел тощего Дибрика, то пожалел об этом еще больше. Он разговаривал с жарильщиком — вернее, слушал его невразумительное бормотание — однажды ночью минувшим летом возле этой самой гостиницы. Правитель взял с блюдца маслянистую оливку, но уронил ее, услышав, что Дибрик снова прочищает горло.

— Ах… Ха-ха.

Асбрак неохотно поднял взгляд на жарильщика.

— Ха-ха-ха. — Откашлявшись, Дибрик предпринял еще одну героическую попытку опустошить кружку пива одним глотком. — Я сижу возле окна, — сообщил он, оторвавшись от кружки.

— В самом деле, — признал король. Он не хотел больше ничего говорить, но вдруг осознал, что недостаточно хорошо изменяет голос. — Да-а-а уж, — прошепелявил Асбрак, приоткрывая только один уголок рта. — Ах, ну да, конечно, из окна можно много чего увидеть.

Вместо ответа Дибрик лучезарно улыбнулся королю. В следующее мгновение Асбрак принялся за закуски. Он обмакнул хлеб в лужицу ароматного масла, собравшуюся на дне тарелки, и подумал, что надо будет позаботиться, чтобы на королевской кухне тоже был такой сыр в виноградных листьях. В таверне, которая стояла почти у самых стен дворца, подавали восхитительно вкусный сыр, которого никогда не бывало на столе у монарха — в этом Асбрак ничуть не сомневался.

Правитель оглядел зал таверны. Он вовсе не завидовал кулинарным пристрастиям своих подданных. В иных королевствах, как он знал, некоторые блюда считались исключительной привилегией аристократии. Но король Асбрак этого не одобрял. В Амбермере любой портовый рабочий, любой матрос мог сколь угодно наслаждаться любыми деликатесами. Асбрак желал только, чтобы все эти деликатесы появлялись и на королевском столе. Так что тайная вылазка в город неожиданно принесла еще и такую пользу. Король решил почаще выходить в город переодетым — хотя бы для того, чтобы опробовать побольше блюд амбермерской кухни.

А как было бы здорово, если бы вместе с ним ходил Брескин! Великан знал о еде и винах больше, чем любой другой житель Амбермера, не исключая и самого Асбрака. Подумав о Брескине, король вспомнил и о том, что хранитель погребов отправился в путешествие и, возможно, ему угрожает опасность. Когда правителя посетила эта тревожная мысль, он внезапно осознал, что у него за спиной кто-то стоит. Асбрак медленно поставил кружку с пивом на стол и оглянулся. Возле него стоял жарильщик — словно дворецкий во время банкета.

— Ваше…ство… вы говорили про окно…

Асбрак заметил, что жарильщик снял шляпу и где-то ее оставил. Дибрик вернулся к своему столу и поднял кружку с пивом.

— Прошлой ночью… — снова начал он, потом замолчал и отхлебнул пива, одновременно подходя к Асбраку. Опустив кружку, Дибрик отер рот рукавом и продолжил: — Прошлой ночью, когда шел такой дождь и дул страшный ветер… Я только перебежал через дорогу, вот здесь. — Дибрик повел рукой в сторону окна. — Всего лишь перебежал через улицу… — он посмотрел на свою одежду, — и так промок… Считай, до нитки. Да, промок до нитки, хотя тут всего несколько шагов, а бегаю я быстро, и спешил к тому же, потому как у меня дело не ждет. И все равно — промок, хоть отжимай.