Бэтмен 1-2
Шрифт:
– Напугать? Нет, - сообразив, что происходит, тихо сказала мисс Кайл.
– Я сама себя пугаю иногда. Не могу понять, как...
– она неожиданно замолчала.
– Я рад видеть вас в нормальном здравии.
– Да. Сейчас действительно хорошо...
Она еще не совсем пришла в себя и теперь шла притихшая и задумчивая. Выглядела Селина уже лучше, чем во время их встречи в кабинете Макса Шрекка. Исчезла повязка на руке, пластырь, но все равно что-то странное мерцало в ее глазах.
Брюсу явно нравилась эта девушка, но... Было очень много всяких "но". Правда, сейчас она такая несчастная и такая
– С вами все в порядке?
– задал Брюс самый стандартный, но зато самый уместный вопрос.
– Да, - отрешенно произнесла Селина.
– У вас какое-то необычное настроение. Это после вашего неудавшегося отпуска?
Она не ответила. Только тихонько вздохнула.
Мистер Вейн и мисс Кайл шли по Готэм Плэйс. Они просто гуляли и им было очень хорошо вдвоем, несмотря на то, что погода была отвратительной. Серый снег медленно таял, расползаясь грязными лужами, и сырой промозглый ветер пронизывал до костей.
Вокруг сновали мальчишки-газетчики, на лотках мерзли целые кипы листков, изгаженные типографской краской. Во всех газетах мелькали три имени, набранные жирным шрифтом: "Пингвин", "Бэтмен" и "Женщина-кошка". Постепенно Селину начал раздражать этот информационный калейдоскоп.
– Ну и новости в последнее время! "Кто сказал "Мяу!"?", "Подвиг Пингвина", "Неудача Бэтмена". Знаете, недавно я слышала по телевизору, что эта кошка весит восемьдесят килограммов. Господи, чего они все врут?
Она обиженно выпятила нижнюю губу и стала еще более привлекательной и милой.
– Да, действительно врут, - Брюс внимательно осмотрел ее фигуру. Врут, негодяи! А кроме этого, вы слышали! "Неудача Бэтмена". Бред. Он спас одного имущества на два миллиона долларов.
Мистер Вейн и мисс Кайл немного помолчали, каждый по-своему переживая журналистские сплетни. Затем она спросила очень тепло и просто, указав рукой на площадь:
– А вы не идете туда? Там будут снова зажигать елку.
– Да нет. Я, знаете ли, не любитель...
– Зря, - мрачно и тихо проговорила Селина, - сегодня праздник в нашем холодном городе...
– Вы во всем видите только темное и страшное, - мягко упрекнул ее Брюс.
– Наверное, как и вы.
Где-то рядом закрякал клаксон и к ним подъехал лимузин. Из открывшейся дверцы вышел Альфред.
– Мистер Вейн!
– позвал он
– Послушайте, Селина... Поедемте ко мне. Вместе по телевизору посмотрим, как зажигают елку.
– Ну...
– она замялась.
– Понимаете... Я не могу. Я должна быть в другом месте.
– Может, тогда пообедаем сегодня? Часов в пять или в шесть?..
– Хорошо, - согласилась она.
– В пять.
– Так, значит, в пять. Вдвоем, - уточнил Брюс.
– Да? Договорились?
– Договорились.
Он быстро сел в машину и Альфред захлопнул за ним дверцу.
Уже проехав полдороги, Брюс сказал:
– Альфред,
ты помнишь, я тебе рассказывал об одной очаровательной девушке?– Да, сэр. Кажется, это была какая-то очень печальная история.
– Так вот. Я ее не убил. До сих пор не могу понять, как ей удалось выжить.
– Боже мой, какое счастье!
– Я пригласил ее сегодня на обед. В пять часов она придет к нам в гости.
– Мистер Вейн, я вас поздравляю!
– Спасибо, Альфред. Я сам затоплю камин в гостиной, а ты позаботься об обеде.
– Конечно, сэр. Не беспокойтесь.
Ничто не предвещало беды. Шла подготовка к празднику. Готэм пытался вновь зажечь Рождественскую елку и достойно встретить Санта-Клауса. На Готэм Плэйс восстановили порядок и все обустроили для проведения торжественной части. Совсем как день тому назад.
В маленькой тесной гримерной сидела та же девушка, которая ранее зажигала елку. На ней был тот же костюм из пушистого белого меха. Она репетировала.
– Итак... Зажигается елка и я нажимаю кнопку, - вдохновенно проговорила королева праздника. Затем, заглянув в сценарий, исправилась. Нет. Сначала я нажимаю кнопку, а потом зажигается елка.
Она вертелась перед зеркалом и была чрезвычайно довольна собой. Вдруг занавеска за ее спиной отодвинулась и в зеркале возникли странные личности. Маленький толстый человечек, одетый во все черное, лысый с непропорционально длинным носом, коротенькими ножками и ручками, в странных перчатках всего с тремя пальцами. Рядом с ним стояла высокая белая женщина. Вся белая. На руках у нее сидел белый карликовый пудель с какой-то кривой штукой в зубах.
Девушка смертельно испугалась, побледнела и срывающимся голосом произнесла:
– Кто вы?
Толстый человечек гадко улыбнулся большим безгубым ртом и ответил:
– Мы ищем таланты!
Королева сразу пришла в себя и, очаровательно улыбаясь, затараторила:
– Заходите, заходите! Вы знаете, я не просто зажигаю елки. Я еще и актриса...
Носатый вдруг протянул руку к пуделю и начал выдирать из его пасти черную закорючку. Пудель не выпускал ее изо рта и злобно рычал.
– А это что у вас?
– заинтересовалась зажигательница елок.
Все же урод забрал закорючку у непослушной собаки и, покончив с этим, попросил:
– А ну-ка, улыбнись! Скажи: "Чиз".
Девушка встала, театрально подняла руку и, кокетничая, произнесла:
– Чи-и-из!
Последним, что она увидела, было то, как черный мерзавец, со злобной гримасой на лице замахивается в ее сторону страшной закорючкой.
Селина Кайл сидела в машине, мчавшейся в восточном направлении. Она уже пересекла черту города и теперь неслась среди занесенных снегом полей. Часы показывали половину пятого, но уже стемнело. Пришлось включить подфарники.
Мисс Кайл было неуютно. Теперь ей все время было неуютно. Только будучи кошкой или в компании Брюса Вейна она чувствовала себя спокойно и уверенно. Все остальное время она старалась находиться возле каких-нибудь отражающих поверхностей. Потому что только Селина в зеркале не давала ей сойти с ума. Правда, она говорила исключительно о Вейне, но Селине это нравилось. Она и сама была не прочь с кем-нибудь поговорить о нем.
– Ну и?..
– И наговорил кучу старомодных комплиментов.
– И?..