Бэтмен 1-2
Шрифт:
"Что задумал этот сумасшедший?" - думал Хелди, глядя на густые брови Тодди.
"Боюсь, Джокер совсем сдвинулся... И кто это позволил ему исполнять обязанности Гриссема?" - телепатировал в ответ Тодди.
Джек усмехался.
– А почему Гриссем сам этого не сказал?
– не выдержал Тодди.
Джокер хмыкнул.
– Да, - поддержал его толстяк Хелди, - и что значит эта твоя дурацкая усмешка?
– Жизнь была "добра" ко мне, - слегка паясничая, развел руками Непьюр.
Итак, двое противников ясны... Что ж, он проучит сейчас одного остальным
И снова почти всех одновременно посетила одна и та же мысль: "Что это за клоунада?"
Тодди не выдержал первым. Его прямые лохматые брови приподнялись вверх, глаза прищурились...
– А что, если мы скажем - "нет"?
– спросил он, в упор глядя на Джокера.
"Ну-ну", - усмехнулся тот про себя.
Два взгляда встретились, но гром при этом не раздался, и молния не ударила.
Несколько секунд противники молча обменивались взглядами. Потом десны Джокера обнажились еще сильней. Похоже, он пришел к какому-то решению (на самом деле Джокер решил для себя все гораздо раньше и просто выдерживал паузу для усиления драматического эффекта).
– Никому не нужна война, - с артистической простотой проговорил он. Если вы не хотите иметь со мной дела, мы просто пожмем друг другу руки - и все.
"Неужели он умнее, чем кажется с первого взгляда?" - подумал Хелди.
На лице Тодди возникло недоверчивое выражение. Он ждал бури, возмущения, угроз, но не приветливого голоса.
Или здесь скрывался подвох?
– Да?
– переспросил Тодди, стараясь придать своему голосу максимум иронии.
– Да, - сдержанно отозвался Джек.
Зрители недоумевали. Или претендент на "президентское" место был мягкотелым слабаком, или он все же лгал.
Так или иначе, свои правила игры он навязал - Тодди знал, что не сможет отвергнуть протянутую руку. Пусть потом, сразу за дверями, будет ждать наемный убийца, сейчас комедию надо было доиграть до конца, чего бы это ни стоило.
В том, что ни один из боссов синдиката такую наглость не простил бы, можно было не сомневаться: даже сдержанный обычно Гриссем мог устроить перед всеми сцену.
"Значит - убийца... Ну-ну, посмотрим еще, кто кого", - подумал Тодди, вставая и делая роковой шаг навстречу Джокеру.
Их руки встретились.
В первую секунду никто не понял, почему раздался странный нервный смех. Но Джокер захохотал.
Несколько секунд со стороны можно было видеть только одно - двое стояли, пожимая друг другу руки, один из них хохотал, а второй странно дергался.
– О, смотрите, какой он живчик, - давясь смехом, проговорил Джокер, не отпуская руку Тодди. Лишь сейчас гангстеры начали догадываться о смысле происходящего - от Тодди потянуло паленым. При более внимательном рассмотрении некоторые заметили и голубые молнии, скачущие вокруг перчатки Джека.
– ...какое горячее рукопожатие, - не унимался Джокер. Было видно, как меняется на глазах лицо Тодди - задымились волосы, потемнела и начала лопаться сжигаемая жаром электричества кожа... Постепенно она сморщивалась, сжималась, начинала опадать коричневой трухой. Через несколько секунд обнажился покрытый копотью и пеплом череп, чудом сохранивший остатки человеческих
– Ему немножко жарко стало под галстуком!
– объявил Джокер, освобождая останки своей жертвы. Одетый в костюм скелет мягко опустился в кресло.
В комнате воняло паленым мясом. Череп Тодди слегка дымился. Джокер снова обвел взглядом лица гангстеров - похоже, желаемого эффекта он добился. Все сидели ни живы ни мертвы.
Им приходилось видеть десятки и даже сотни убийств. Но никогда они не совершались так откровенно, и никто не старался превращать это уважаемое в определенных кругах дело в дешевый балаган.
Смерть Тодди была ужасна не только как таковая - от нее несло несолидностью, даже неприличием.
Разве так полагается умирать уважающему себя гангстеру?
Да, тут было от чего застыть крови в жилах...
А Джокер все еще хохотал...
– Ты сумасшедший!
– выдохнул наконец Хелди. Лицо толстяка выглядело еще бесцветней обычного.
– Вы что, никогда не слышали о живительной силе смеха?
– повернулся к нему Джокер, и тот замер, ожидая убийственного прикосновения электрической перчатки или чего-то не более приятного.
Но нет, на уме у Джокера было нечто другое.
Первый акт драмы этого режиссера-любителя был завершен. Пришла очередь второго.
Никто не видел, как он нажал на вмонтированную в перчатку кнопку, посылая сигнал своим людям.
Неожиданно все двери в комнате распахнулись, и в нее ввалилась группа боевиков с автоматами.
Заблестели черные стволы и складки на кожаных куртках.
"Гориллы" действовали слаженно - каждый из собравшихся оказался под прицелом.
Джек тоже больше не улыбался - смеяться продолжал только его рот.
– А теперь - убирайтесь отсюда!
– торжественно произнес он, но через секунду уже перешел на новый истерический крик: - Слышите?
– дула автоматов угрожающе наклонились, гангстеры проворно вскакивали со своих мест и спешили к выходу.
– Пошли! Пошли отсюда!
– бесновался Джокер, размахивая руками. Проваливайте!
Комната быстро опустела. Остались только молодчики с автоматами, которым он тоже позволил расслабиться и удалиться. Лишь Боб задержался на секунду.
Присутствие приятеля, похоже, успокоило Джокера. Уже спокойней он подозвал того рукой поближе и опустился в "президентское" кресло, предлагая тому занять одно из соседних.
– Да, Боб...
– проговорил он.
– Теперь - иди в газету "Голос" и проследи за Ноксом. Возьми свою камеру и выведай все, что он знает о Бэтмене.
Боб послушно кивнул и встал.
Глядя на него, Джокер ощутил, что в разговоре с ним не хватает какой-то точки. В самом деле - ведь более верного человека у него пока не было, значит, можно было сказать ему что-то еще. Но не благодарить же?
– Да, - остановил он Боба.
– И еще запомни: ты - мой главный помощник.
– Да, сэр, - с живостью ответил Боб, и Джокер понял, что угадал.
Великое дело - уметь управлять людскими слабостями. Теперь можно было не сомневаться - Боб выложится до конца, сделает для него самое невозможное. Слишком жива еще в нем память о никчемной жизни заурядного бродяги.