Антамагон
Шрифт:
Он приблизился ближе к моей шее, и я закричала. Его реакция была практически молниеносной – он сразу закрыл мне одной рукой рот, а другой взял за волосы.
– Ты что, тупая? Заткнись. Не буду я тебя пока кусать. Даже пошутить нельзя. Пошли, что ли прогуляемся?
О нет. Вот что-что, а гулять я связанная точно не пойду. Люди и так, оборачиваются и смотрят.
– Может лучше в карету? – спросила я.
– О, ты так хочешь остаться со мной наедине? Ну пошли, маленькая потаскуха.
Я не это имела ввиду! Ладно. Главное скрыться от лишних взглядов.
– Что, хочешь меня? – дотрагиваясь до моего колена и обнимая спросил Ричард.
– Нет! – негромко крикнула я и отсела подальше.
– Тогда зачем ты меня позвала сюда? – недовольно спросил он.
– Я вас не звала! Просто, не хочу быть на улице. – вспоминая пялящихся людей сказала я.
– Почему? – сказал Ричард с таким выражением лица, будто общение было мукой.
– Если вам так не нравиться со мной разговаривать, не говорите.
– Ладно. – он принялся привязывать меня к ручке кареты, а затем вышел, закрыв меня внутри.
Это мой шанс! Я начала глазами искать что-нибудь острое. Не найдя ничего подобного, я силой пыталась вырваться из веревки. Спустя часа пол мои запястья были почти стерты в кровь, но веревка так и не поддалась.
В карету зашли Оскар с Ричардом.
– Я тебе кое-что принес поесть. – держа пирог сказал Садьярос. Карета тронулась и он, достав кинжал перерезал веревки. Затем Оскар взял меня за щеки. – Ты опять хотела бежать? Посмотри на свои руки! – недовольно буркнув, он протянул мне воды, еды и сел рядом.
– Спасибо. – сказала я и сделала глоток воды.
– Спасибо в карман не положишь. – улыбаясь произнёс Ричард.
Пока мы ехали, я старалась как можно дольше не спать. Оскар не сводил с меня глаз общаясь на разные, отвлеченные темы с Ричардом. Я боюсь, что они могут убить меня, пока я сплю. Но я прикрыла глаза, вспоминая маму, и не заметила, как уснула.
Проснулась я на плече у Оскара, когда меня разбудил Ричард: «Приехали!». – карета остановилась.
– Где мы? – я огляделась. Сейчас раннее утро, места кажутся мне незнакомыми.
– У твоих родителей. Пошли. С тех пор, они переехали. – сказал Оскар.
Родители переехали, а меня оставили у дяди. Супер. По среди поля виднелся небольшой домик. Крыша в одном месте прохудилась, видно, что хозяева дома живут очень скромно и бедно. Я стояла рядом с Ричардом у кареты, а Оскар подошел к двери и постучал. Дверь открыла темнокожая женщина с сединой на висках, а за ней вышел и отец.
Оскар еще ничего не успел им сказать, как я побежала к ним: – Мама! Папа!
– Алина! – мы втроем обнялись. У моих родителей на глазах выступили слёзы. – Мы так скучали по тебе, доченька! – сказала мама. В этот момент я посмотрела на Оскара, он скрестил руки, закатил глаза и отошел.
– Я пойду. Буду ждать тебя в городе. Разберись с ними. Боюсь я могу не сдержаться. – сказал Садьярос, обращаясь к Ричарду.
– Что же, вы даже не попьёте с нами чай? – обратилась мама к Оскару.
– Ему некогда, а я с удовольствием. – широко улыбнувшись
проговорил Ричард.Мы зашли в дом. Серые половицы чуть ли не проваливаются, доски сильно прогнили. В доме чисто, но стоит запах сырости. Внутри дом кажется еще меньше, возможно, из-за невысоких потолков.
– Познакомишь нас со своим спутником? – спросил меня отец.
– Забыл представиться, Ричард Хекс. – сказал он и папа заметно насторожился.
Мама поставила самовар. Отец хромая пригласил нас за стол. Не помню, чтобы, когда я уезжала, у него были проблемы с ногой. Я села, а Ричард принялся разглядывать кухню, в которой мы находились, пока мама готовила чай и искала к нему что-нибудь поесть.
– Как ты Алина? Мы так давно не виделись. – с улыбкой смотря на меня произнёс папа.
– Хорошо – у меня на глазах выступили слёзы. Мне тяжело поверить, что я наконец-то его увидела.
– Разве? – глядя на меня удивлённо спросил Ричард.
– Да. Сейчас всё хорошо. – спокойно ответила я, глядя на папу.
– А раньше? Что-то случилось? – обеспокоенно спросил отец. Будто он совсем не в курсе того, что со мной происходило.
Я заплакала. Не могла им рассказать так сразу. Ричард укоризненно на меня посмотрел и сел рядом.
– Ну не плач, если хочешь, можешь сейчас не говорить, всё в порядке. – папа погладил меня по плечу. Мне стало так тепло и хорошо, чувствую, что я наконец дома!
Я посмотрела на Ричарда, казалось, что он сейчас убьёт моего отца! Он не сводил с него глаз, и в них считывалось столько злости и ненависти, сколько я никогда ни у кого не видела. Папа поглядывал на него, но сказать ничего не решался. А что, если Ричард убьёт меня и моих родителей? От этой мысли мне стало не по себе, и я пошла умыться, чтобы хоть как-то сбросить волнение. К тому времени, как я вернулась, мама как раз разлила чай и садилась за стол. Было видно, что она очень счастлива.
– Ну, рассказывайте. – улыбаясь проговорила она, оглядывая нас.
– Пожалуй, я начну, чтобы дольше не засиживаться – сказал Ричард и отпил пол чашки только что заваренного чая, будто это не кипяток, а слегка тепленькая водичка. – Мне не так чтобы нравиться расхлебывать дела хозяина, (видимо, он Оскара имеет ввиду?) особенно те, что меня не касаются – зло смотрел он на моих родителей. – Вы много лет назад, заключили с ним сделку. Надеюсь вы помните о ней, и её условиях. А затем увезли Алину в Рошир. Между тем, её жизнь несколько раз чуть не оборвалась. – яростно продолжал он.
– Какая сделка? – перебила я Ричарда.
– Кроме того, вы даже не удосужились рассказать ей об этом! Так, какова была ваша цель, в её переезде? – спросил он, глядя на родителей.
Мама с папой испуганно переглянулись.
– Темнокожих людей начали преследовать в нашем городе. Я переживала за дочку. Другие дети её дразнили, и, мы отправили её к дяде, надеясь, что там она будет в безопасности. У дяди много денег, он смог бы её обеспечить. А что, что-то случилось? – хлопая глазами, наивно спросила мама.