Чтение онлайн

Программа оказалась действительно очень простой. Сергей окончил ее отладку за неполный час. Несколько минут он стоял у терминала, не решаясь начать загрузку. Как поведет себя мозг КОПа? Не перегрузит ли базу знаний случайными решениями, попросту говоря – мусором? Наконец, как он отреагирует на ограничения, хранящиеся в той же базе? Не сочтет ли их несущественными, обходимыми? Он на мгновение представил себе картину того, что произойдет со взводом, если КОП откроет огонь не по тем целям.

– Была не была, – после долгих колебаний решил он, и нажал клавишу ввода.

КОП продолжал спокойно стоять в ожидании команды. Сергей перевел дух.

– Триста двадцатый! – позвал он робота.

–

КОП-320 слушает, – ответил робот.

– Доложи свое состояние, – приказал Сергей.

– Выполняю.

Около десяти секунд механизм молчал, производя самотестирование. Сергей, затаив дыхание, ждал результата.

– Я КОП-320, программа тестирования завершена, – наконец, выдал робот. – Все системы в норме. Обнаружена некритическая ошибка – нестандартная работа программы-диспетчера. Код программы изменен. Эксплуатация КОП-320 с измененным кодом программы-диспетчера запрещена. Боевые системы заблокированы.

– Триста двадцатый, перечисли свои приоритеты действий.

– Я КОП-320. Перечисляю приоритеты действий в порядке убывания значимости: выполнение приказов человека Заноза, защита человека Заноза, выполнение приказов человека с допустимым кодом доступа, защита дружественных объектов, соблюдение ограничений и правил, содержащихся в базе знаний …

– Стоп, – прервал его Сергей, – Достаточно. КОП-320, приоритет подчинения моему приказу выше приоритета запрета эксплуатации с нестандартными программами?

– Подтверждаю, – прогудел КОП.

– Триста двадцатый, даю прямой приказ: эксплуатацию с измененным кодом программы-диспетчера разрешаю.

– Ответ отрицательный. Приказ человека Заноза не может отменить базовое ограничение.

– Приоритет моего приказа выше. Триста двадцатый, выполнять. Приказ не фиксировать.

– Я КОП-320, подтверждение. Приказ принят.

– Ну вот, другое дело, – улыбнулся Сергей.

– Человек Заноза доволен. КОП-320 тоже доволен, – услышал Сергей привычное гудение синтезированного голоса.

Неожиданно КОП без команды приподнялся, сделал несколько шагов и вновь опустился на бетонный пол рядом с Сергеем. От неожиданности Сергей даже похолодел. «Ну вот, началось», – пронеслось в голове.

– Триста двадцатый, кто дал тебе команду изменить позицию? – поинтересовался он, сдерживая волнение.

КОП молчал не менее пяти секунд, что явно указывало на неполадки.

– Я КОП-320. Команда на смену позиции не поступала. Позиция изменена самостоятельно.

– Причина изменения позиции?

На этот раз пауза тянулась еще дольше. Неисправность КОПа явно прогрессировала. Сергей с тоской представил, что будет, если мозг робота выйдет из строя в результате перегрузки. КОП, наконец, ответил:

– КОП-320 изменил позицию самостоятельно. Человек Заноза был доволен. КОП тоже был доволен. КОП подошел ближе к человеку Заноза. КОП-320 хорошо рядом с человеком Заноза.

– Ну и дела, – ошарашенно подумал Сергей. Такого результата он не ожидал.

– Триста двадцатый, запрещаю действовать и говорить без моей команды. Самостоятельные действия только при возникновении угрозы жизни людей. Признаки угрозы опишу позднее.

– Я КОП-320, приказ принял. Человек Заноза встревожен. КОП-320 готов осуществить защиту. Прошу указать цель.

– Все в порядке, Триста двадцатый. Я просто немного волнуюсь. Отбой.

Некоторое время в боксе было тихо. КОП преданно сидел у ног задумавшегося Сергея. Над дверью ожил динамик, передавая приказ к построению на ужин.

– Иди в оружейную, Триста двадцатый. По приходу встань на зарядку и отключи внешние сенсоры, – вставая, приказал Сергей. «Чтобы чего не вышло», – добавил он про себя.

– Я КОП-320, приказ принял.

Взвод

подняли по тревоге в четыре утра. Им была поставлена задача, высадившись, произвести скрытный десятикилометровый марш, выйти с тыла к опорному пункту условного противника, захватить его и удерживать до подхода подкрепления.

Под мерный гул вертолетных двигателей бойцы, включая сержантов, дремали, воткнув оружие в бортовые захваты и откинувшись на жесткие спинки десантных скамеек. Сергей смотрел в бронированный иллюминатор на проносившееся внизу зеленое море. Тут и там над лесом вставали длинные косы казавшегося серым утреннего тумана. Ближе к вертолету из-за высокой скорости лес сливался в сплошную, стремительно мчавшуюся мимо, буро-зеленую полосу. В нескольких километрах от них поднимались из тумана и тут же уплывали назад красивые зеленые сопки, утыканные крохотными деревьями-спичками. Тень вертолета черным пятном прыгала по зеленому ковру, повторяя неровности ландшафта. На самой границе видимости, то и дело скрываясь в низких облаках, мелькал силуэт вертолета сопровождения. В косых лучах утреннего солнца отсветы блистеров вспыхивали ослепительными искрами. Отсюда грозная машина казалась безобиднее игрушечного кораблика. В течение часа был замечен только один признак присутствия человека – серая нитка какого-то шоссе на мгновенье мелькнула внизу и тут же исчезла, смытая безбрежным, тянущимся до самого горизонта, лесным морем. Огромные пустые пространства вокруг давили своей почти осязаемой мощью. И их вертолет, и вся их база казались сейчас Сергею крохотными пылинками в огромном, живущем по своим сложным законам мире, которому не было никакого дела до возни кучки микробов-людей на его поверхности.

– Заноза, сядь, не отсвечивай, – не открывая глаз, буркнул Лихач.

– Есть, сэр, – Сергей уселся на жесткую скамейку, рядом со стоящим в стенном захвате КОПом.

Взвод дремал. В передней части отсека, по обоим бортам в бронированных пузырях торчали из высоких кресел головы пулеметчиков. Одетые в огромные, напичканные аппаратурой шлемы, они явно не спали – то и дело колпаки кабин приходили в движение, вслед за шевелением массивных пулеметных стволов, нащупывающих что-то среди мелькавших деревьев.

– Сэр, – тихо позвал дремлющего сержанта Сергей. – Разрешите вопрос?

– Чего тебе? – недовольно отозвался Лихач.

– Сэр, кто нам будет противостоять?

– Учебная рота морской пехоты. Такие же салаги, как вы, – Лихач, наконец, открыл глаза, выпрямил затекшую спину. – На опорном пункте сплошная имитация. Плюс автоматика – пулеметы, минометы.

– Ясно, сэр. Спасибо, – Сергей представил, как очередь тяжелого автоматического пулемета проламывает броню, поежился. Тот факт, что в каждой сотне патронов только один был боевым, не добавлял оптимизма. На тактическом дисплее замигал сигнал вызова. Почувствовав его состояние, КОП шевельнулся в захватах, настороженно поводя головой в поисках опасности.

– Отставить, Триста двадцатый, – тихо проговорил Сергей в микрофон. – Все в порядке.

Сигнал вызова пропал. Робот снова замер у борта. Лихач удивленно покачал головой.

– Слышал, что КОП хорошо понимает своего оператора, но чтобы так! – оглядывая робота, проговорил он. – Ты еще только собрался испугаться, а он уже готов все вокруг разнести.

– Я держу его под контролем, сэр, – поспешил заверить сержанта Сергей. Скрывать новые способности КОПа становилось все труднее.

Гул двигателей изменил тональность. К горлу на мгновенье подкатила тошнота – вертолет резко снижался. Теперь он стремительно несся, едва не касаясь верхушек деревьев. Бойцы просыпались, вынимали из захватов и привычно проверяли оружие.