Тэсс Татьяна
Биография
ТЭСС ТАТЬЯНА НИКОЛАЕВНА
(Татьяна Николаевна Сосюра)
(25 октября 1906 – 1983)
— известная русский писательница, журналист и публицист, многолетняя сотрудница газеты Известия, лауреат премии Союза журналистов СССР.
Родилась в Одессе в 1906 году. Закончила Одесскую консерваторию по классу рояля. Автор очерков, рассказов, документальных книг и повестей, публицист. Главной темой её творчества были проблемы воспитания. Дружила с Р. Карменом и И. Бабелем. Почти 50 лет работала специальным корреспондентом газеты «Известия», её называли «самой читаемой журналисткой газеты». Статьи и книги подписывала псевдонимом «ТЭСС» (все буквы прописные).
Похоронена на Кунцевском кладбище в Москве.
Творчество
Автор книг «Американки», «Близко к сердцу», «Друзья моей души», «Хранитель времени», повести «Мать живых». Наиболее известная книга Татьяны Тэсс — «Американки» (М.: Детская литература, 1966. — 199 с. Рисунки В. Горяева), посвящённая поездке журналистки в США.
Для поколения родившихся в 1950-х и 1960-х годах это произведение стало своеобразным «открытием Америки». Именно эта, прочитанная в детстве или юности книга, сформировала образ США на годы вперед, предопределила многие мнения и стереотипы. Книга написана в очень благожелательном тоне, в ней практически нет политической окраски описываемых вещей и событий, характерных для вышедших позже произведений аналогичной тематики.
Более того, книга написана с чисто женской точки зрения на многие аспекты американской жизни, описаны вещи, оставшиеся вне предела внимания журналистов мужчин (например, автомат по выдаче колготок студенткам).
Интересно, что некоторые, впервые описанные Татьяной ТЭСС и ранее незнакомые советскому читателю вещи стали реальностями нашей жизни (посудомоечные машины, поздравительные открытки с заранее напечатанным текстом, исполнение музыки «Битлз» симфоническим оркестром и т.д).
Несмотря на то, что книга была издана «Детской литературой» и считалась «детской», её с большим удовольствием читали и взрослые. Собственно, именно эта книга и сохранила память о Татьяне Тэсс в ныне живущих поколениях.
Награды
Заслуги в области журналистики отмечены орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и Дружбы народов.
Лауреат премии Союза журналистов СССР.
Книги Т. Н. Тэсс
Под нашим небом. Москва: «Известия», 1953.
Поступи, как друг. Москва: «Известия», 1962.
Американка. Москва: «Детская литература». 1966.
Несколько часов одной жизни. Москва: «Искусство», 1967 и «Известия», 1970.
Ночная съёмка. Москва: «Советский писатель», 1973.
Хранитель времени. Москва: «Советский писатель», 1982.
Друзья моей души. Москва: «Известия», 1982 и 1985.
(По материалам Википедии; http://ru.wikipedia.org/wiki/%D2%E0%F2%FC%FF%ED%E0_%D2%DD%D1%D1)
***
История псевдонима Татьяны Тэсс.
Ее поведал писатель Лев Корнешов в предисловии к книге Т.Н. Тэсс «Друзья моей души», вышедшей в издательстве «Известия» в 1984 году:
«Вот уже много лет Татьяна Тэсс постоянно печатается в «Известиях», она автор многих книг, а читателям кажется — все мало... Наверное, это и есть подлинная популярность — когда читатели ждут нового слова писателя, беседы с ним.
Татьяну Николаевну знают под фамилией-псевдонимом Тэсс. Слова «фамилия» и «псевдоним» написаны через дефис не случайно — и вы вскоре поймете, почему. Когда она, юная поэтесса, приехавшая в Москву без денег, без связей, с одной лишь наивной верой в свою звезду, начала свой путь в литературе, возник вопрос о псевдониме. Дело в том, что фамилия у татьяны Николаевны очень известная в литературе — Сосюра. Ей казалось неудобным, чтобы фамилия известнейшего украинского поэта стояла под стихами начинающей поэтессы. Друзья подсказывали разные варианты псевдонимов. Но они не нравились: одни были производными от уже известных, другие «не грели» душу.
В эти дни в Москве произошло событие, которое с высоты нашего времени может показаться не таким уж и крупным, а тогда привлекло всеобщее восхищенное внимание: открылся планетарий. Совсем юная журналистка побывала там, впервые в жизни увидела так близко бездонное небо и Южный Крест. Короче, она написала об этом взволнованный, поэтический очерк и отнесла его в только что открывшийся горьковский журнал «Наши достижения». Очерк был подписан: «Тэс», что, по мнению автора, расшифровывалось «просто» — «Татьяна Сосюра». Его прочитал Алексей Максимович Горький. Приговор был кратким, но в стиле времени: очерк для журнала «Наши достижения» не подходит, но в ввиду несомненного дарования автора очерк следует опубликовать.
— Почему у вас такой странный псевдоним? — спросил Алексей Максимович.
Татьяна Николаевна, а тогда еще просто Таня, объяснила «родословную» этого сочетания букв и тут же застенчиво добавила: «Я больше не буду».
— Если вы выбрали для себя такой псевдоним, то оставляйте, — улыбнувшись, сказал Горький. — Будете писать хорошо — этот псевдоним вам простят и даже запомнят. Будете писать плохо — никакой псевдоним не поможет, даже самый красивый.».
Со временем к «Тэс» добавилось еще одно «с» — уже из соображений звучания. И произошел тот редкий случай, когда псевдоним практически заменил фамилию: в паспорте Татьяны Николаевны он стоял на первом месте, а в скобках — фамилия.
(Источник - Тэсс — RuData.ru; http://www.rudata.ru/wiki/Тэсс
***
«О временах и людях» (Борис Ефимов, Виктор Фрадкин)
Тэсс — экзотишка (Татьяна Сосюра)
Что означает — Тэсс? Это аббревиатура двух букв «Т» и «С», инициалы писательницы Татьяны Сосюра. А что значит — Экзотишка? Объясняю. Мы проживали с Татьяной Тэсс в соседних подъездах дома издательства газеты «Известия». Дружили, что называется, семьями. Ее мужем был научный работник Юрий Локшин, любивший, как и она, нарядно одеваться. Я как-то я встретил эту элегантную супружескую пару во дворе и невольно ими залюбовался. Особенно хорош был Юра в каком-то причудливом итальянском полупальто, застегнутом вместо пуговиц металлическими крючками, как на садовых калитках.
— Ну, Юра, — сказал я, ошеломленный, — экзотичный у тебя наряд. Ты самый настоящий экзотишка.
Это слово очень рассмешило Татьяну Николаевну и с той поры вошло в наш лексикон. Вот надпись на ее книге «В редакцию обратился человек»: «Все то, о чем рассказано в этой книжке, было частью моей жизни, а жизнь — это столько удивительных лет, через столько сложных времен тесно связана с Вами, дорогие мои друзья. Раечке и Боре в знак нашей непревзойденной дружбы. Экзотишка. 25.6.69».
…Она приехала в Москву с юга во второй половине 20-х годов, везя с собой робкие, посредственные стихи и такие же робкие надежды на литературный успех в столице. Стихи не понадобились, но литературная удача ей улыбнулась. Прошло немного лет, и Татьяна Тэсс — известная писательница, популярная журналистка, с успехом выступающая на страницах такой распространенной газеты, как «Известия». Выходят в свет и отдельные ее книжки. Для писательской манеры Татьяны Николаевны очень характерна раскованная, доходчивая, почти разговорная интонация. Она как бы даже щеголяет своей наблюдательностью, зоркостью видения, умением замечать детали. Вот характерный пример — отрывок из ее книги «Путешествие без спутников»:
«…Это был пожилой розовощекий человек с угольно-черными глазами, серыми, закрученными вверх, словно приклеенными усами и черными бровями, такими же густыми и торчащими, как усы. На нем было аккуратное темное пальто и низко надетая меховая шапка, из-под которой виднелись мочки ушей, пухлые, как дольки мандарина. Он улыбался — приветливо, но со сдержанным достоинством: если бы ему привязать ватную бороду, то он вполне походил бы на Деда Мороза».
О ком же писательница рассказывает, проявляя такую наблюдательность, такое пристальное внимание к мельчайшим деталям в облике этого человека? А это, оказывается, абсолютно «проходной» персонаж, не играющий ни малейшей роли в сюжете повести — это просто почтальон, которому Татьяна Николаевна, находясь в гостях у своего друга художника Юрия Пименова, случайно открыла дверь. После нескольких лет неизбежных в Москве жилищных мытарств, Татьяна Николаевна получила отличную двухкомнатную квартиру. Вот тогда мы и стали соседями. Она, между прочим, рассказывала мне со смехом, что при распределении жилья были возражения:
— А зачем Татьяне Тэсс, незамужней и одинокой, двухкомнатная квартира? Хватит с нее и однокомнатной!
Но за нее энергично вступился заместитель редактора, громогласный Яков Григорьевич Селих, человек добрый и шумный.
— Ни в коем случае! — гремел он. — Только двухкомнатную! Что с того, что она незамужняя? А завтра она выйдет замуж! Что тогда? Разве она не заслужила? Я категорически настаиваю!
Он, как в воду глядел… Вскоре мужем Татьяны Николаевны стал Юрий Локшин, человек приятный, интеллигентный, общительный. Знакомство их, между прочим, началось с того, что он с каким-то сложным вопросом пришел в редакцию и его направили на прием к Татьяне Тэсс… Свою квартирку Таня за короткое время превратила в подлинный маленький музей. Редкие книги, с большим вкусом подобранные произведения живописи и графики (нескромно похвалюсь, среди них был и мой натюрморт на китайские мотивы), очаровательные статуэтки, вазы, подсвечники, другие изделия из хрусталя, металла, керамики… Всего и не упомнишь. Таня и Юра составляли на редкость дружную, во всем между собой согласную, до смешного единомыслящую супружескую пару. А квартира их незаметно стала подлинным маленьким литературным и культурным салоном, где охотно бывали и общались друзья этого милого, гостеприимного и хлебосольного дома. Особенно весело и непринужденно проходило традиционное ежегодное застолье в Татьянин день. Неизменно присутствовали Лев Кассиль, Аркадий Райкин, Куприянов (один из Кукрыниксов), другие общие знакомые. Гости всегда восхищались редким по красоте столовым сервизом и всем убранством очаровательной квартиры.
Татьяну Николаевну окружало всеобщее признание, широкая популярность, она была полна интересных творческих замыслов. И вдруг… Скоротечная, неожиданная болезнь, безвременный уход из жизни. Помню многолюдную панихиду в конференц-зале «Известий», растерянные речи друзей, ошеломленных катастрофой. Невыносимо тяжело было смотреть на бедного Юру Локшина, пребывавшего в каком-то шоке, как бы не способного понять, что произошло.
Татьяну Тэсс похоронили на Новокунцевском кладбище, и месяца через три Юра воздвиг ей настоящий миниатюрный мемориал черного мрамора. В центре его высилась бронзовая, во весь рост статуя Татьяны Николаевны. Я иногда встречал овдовевшего Юру Локшина во дворе нашего дома. Это был совсем не прежний жизнерадостный, общительный, модно одетый, начиненный последними новостями и анекдотами Экзотишка, а — поникший, угнетенный, молчаливый человек.