Плещеев Алексей Николаевич список книг

ЖАНРЫ

Поделиться с друзьями:

Плещеев Алексей Николаевич

Рейтинг
6.83
Пол
мужской
Плещеев Алексей Николаевич
6.83 + -

рейтинг автора

Биография

Алексей Николаевич Плещеев родился в Костроме 22 ноября (4 декабря) 1825 в обедневшей дворянской семье, принадлежавшей древнему роду Плещеевых (в числе предков поэта был святой Алексий Московский). Семья чтила литературные традиции: в роду Плещеевых было несколько литераторов, в том числе известный в конце XVIII века писатель С. И. Плещеев.
Отец поэта, Николай Сергеевич, служил при олонецком, вологодском и архангельском губернаторах. Детство А. Н. Плещеева прошло в Нижнем Новгороде, где с1827 года отец служил губернским лесничим. После смерти Николая Сергеевича Плещеева в 1832 году воспитанием сына занималась мать, Елена Александровна (урождённая Горскина). До тринадцати лет мальчик учился дома и получил хорошее образование, овладев тремя языками; затем по желанию матери поступил в Петербургскую школу гвардейских подпрапорщиков, переехав в Петербург. Здесь будущему поэту пришлось столкнуться с «отупляющей и развращающей» атмосферой «николаевской военщины», которая навсегда поселила в его душе «самую искреннюю антипатию». Утратив интерес к военной службе, Плещеев в1843 году покинул школу гвардейских прапорщиков (формально — уволившись «по болезни») и поступил в Петербургский университет по разряду восточных языков. Здесь начал складываться круг знакомств Плещеева: ректор университета П. А. Плетнёв, А. А. Краевский, Майковы, Ф. М. Достоевский, И. А. Гончаров, Д. В. Григорович,М. Е. Салтыков-Щедрин.
Постепенно у Плещеева появились знакомства в литературных кругах (сложившиеся, в основном, на званых вечерах в доме А. Краевского). Свою самую первую подборку стихотворений Плещеев направил Плетнёву, ректору Петербургского университета и издателю журнала «Современник». В письме Я. К. Гроту последний писал:
Видел ли ты в Современнике стихи с подписью А. П-въ? Я узнал, что это наш студент ещё 1-го курса, Плещеев. У него виден талант. Я его призвал к себе и обласкал его. Он идёт по восточному отделению, живёт с матерью, у которой он единственный сын…
В 1845 году А. Н. Плещеев, увлекшись социалистическими идеями, познакомился через братьев Бекетовых с участниками кружка М. В. Буташевича-Петрашевского.
В начале 1846 года Плещеев стал посещать литературно-философский кружок братьев Бекетовых (Алексея, Андрея и Николая), в который входили поэт А. Н. Майков, критик В. Н. Майков, врач С. Д. Яновский, Д. В. Григорович и др. В кружке братьев Бекетовых Плещеев познакомился с Ф. М. Достоевским, с которым его связала многолетняя дружба.
Плещеев, которому Достоевский посвятил свою повесть «Белые ночи», послужил прототипом Мечтателя в этом произведении.
В кружок Петрашевского входили литераторы — Ф. М. Достоевский, Н. А. Спешнев, С. Ф. Дуров, А. В. Ханыков. Большое влияние на Плещеева оказал в эти дни Н. Спешнев, о котором поэт впоследствии отзывался как о человеке «сильной воли и в высшей степени честного характера».
Петрашевцы уделяли значительное внимание политической поэзии, обсуждая на «пятницах» вопросы её развития. Известно, что на обеде в честь Ш. Фурье читался перевод «Les fous» Беранже, произведения, посвящённого социалистам-утопистам. Плещеев не только принимал активное участие в обсуждениях и создании агитационных стихов, но также доставлял участникам кружка запрещённые рукописи. Совместно с Н. А. Мордвиновым он взялся за перевод книги идеолога утопического социализма Ф.-Р. де Ламенне «Слово верующего», которую предполагалось отпечатать в подпольной типографии.
Летом 1845 года Плещеев оставил университет из-за стеснённого материального положения и неудовлетворённости самим процессом образования. Выйдя из университета, он посвятил себя исключительно литературной деятельности, но надежд завершить образование не оставил, собираясь подготовить весь университетский курс и сдать его экстерном. При этом он не прерывал контактов с участниками кружка; петрашевцы нередко встречались у него дома; Плещеев ими воспринимался как «поэт-борец, свой Андре Шенье».
В 1846 году был издан первый сборник стихов поэта, куда вошли ставшие популярными стихотворения «На зов друзей» (1845), а также «Вперёд! без страха и сомненья…» (прозванное «русской Марсельезой») и «По чувствам братья мы с тобой»; оба стихотворения стали гимнами революционной молодежи. Лозунги плещеевского гимна, впоследствии утратившие остроту, для сверстников и единомышленников поэта имели вполне конкретное содержание: «любви учение» расшифровывалось как учение французских социалистов-утопистов; «подвиг доблестный» означал призыв к общественному служению и т. д. Н. Г. Чернышевский позже назвал стихотворение «прекрасным гимном», Н. А. Добролюбов характеризовал его как «смелый призыв, полный такой веры в себя, веры в людей, веры в лучшую будущность». Стихотворения Плещеева возымели широкий общественный резонанс: его «стали воспринимать как поэта-борца».
В. Н. Майков в рецензии на первый сборник стихов Плещеева с особым сочувствием писал о вере поэта в «торжество на земле истины, любви и братства», называя автора «первым нашим поэтом в настоящее время»:
Стихи к деве и луне кончились навсегда. Настаёт другая эпоха: в ходу сомнение и бесконечные муки сомнения, страдание общечеловеческими вопросами, горький плач на недостатки и бедствия человечества, на неустроенность общества, жалобы на мелочь современных характеров и торжественное признание своего ничтожества и бессилия, проникнутые лирическим пафосом к истине… В том жалком положении, в котором находится наша поэзия со смерти Лермонтова, г. Плещеев — бесспорно первый наш поэт в настоящее время… Он, как видно из его стихотворений, взялся за дело поэта по призванию, он сильно сочувствует вопросам своего времени, страдает всеми недугами века, болезненно мучится несовершенствами общества…
Стихотворения и рассказы А. Плещеева, который в эти годы был заряжен верой в грядущее царство «гуманического космополитизма» (по выражению Майкова), печатались также в «Отечественных записках» (1847—1849).
Поэзия Плещеева оказалась фактически первой литературной реакцией в России на события во Франции. Во многом именно поэтому его творчество так ценили петрашевцы, ставившие своей непосредственной целью перенос революционных идей на отечественную почву. Впоследствии сам Плещеев в письме к А. П. Чеховуписал:
А для нашего брата — человека второй половины 40-х годов — Франция очень близка сердцу. Тогда во внутреннюю политику не дозволялось носа совать — и мы воспитывались и развивались на французской культуре, на идеях 48 года. Нас не истребишь… Во многом, конечно, пришлось разочароваться потом - но многому мы остались верны
 
А. Плещеев — А. Чехову, 1888 год
.
Стихотворение «Новый год» («Слышны клики — поздравленья…»), вышедшее с «конспиративным» подзаголовком «Кантата с итальянского», явилось прямым откликом на Французскую революцию. Написанное в конце 1848 года, оно не смогло обмануть бдительность цензуры и опубликовано было лишь в 1861 году.
Во второй половине 1840-х годов Плещеев начал публиковаться и как прозаик: его рассказы «Енотовая шуба. Рассказ не без морали» (1847), «Папироска. Истинное происшествие» (1848), «Протекция. История бывалая» (1848) были замечены критикой, которая обнаружила в них влияние Н. В. Гоголя и отнесла к «натуральной школе». В эти же годы поэт написал повести «Шалость» (1848) и «Дружеские советы» (1849); во второй из них получили развитие некоторые мотивы посвященной Плещееву повести «Белые ночи» Ф. М. Достоевского.

Книги автора:

Без серии

[5.0 рейтинг книги]
[5.2 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[0.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
Комментарии:
ПОПУЛЯРНЫЕ КНИГИ
Точка Бифуркации III
5.00
рейтинг книги
Серия:
#3 ТБ
— А ты понюхай. — с трудом сдерживая ехидную улыбку, бросила Маша. По моей просьбе, князь таки одобрил перевод девчонки в нашу школу и вот уже четвёртый год Морозова училась вместе с нами. По какой-то причине, девочке поменяли фамилию. Сама Маша эту новость о перевода восприняла поначалу весьма спокойно,…
АтакА & Исключительная
5.00
рейтинг книги
Выключив звук, я бодро встала со своего кресла, в котором уже чуть не отсидела свою “кокосовую” задницу, поправила на голове резинку, привычно высоко фиксирующую мой длинный хвост, неизменно укладываемый крупными от природы волнами, и, сделав размашистый шаг вбок и резко распахнув дверь своего кабинета,…
Дитя леса
5.00
рейтинг книги
– В Новосибирск надо? Рядом прозвучал незнакомый голос, и я вздрогнула от неожиданности. Мужичок в кепке, ниже меня ростом, кивнул в сторону белой машины, стоявшей чуть поодаль. Она выглядела такой же потрёпанной, как и её хозяин. Ехать с незнакомцем было страшно, но вернуться домой – ещё страшнее.…
Вперед в прошлое!
5.00
рейтинг книги
— Брат, мы смогли. За нами уже едут. Я упал на спину, раскинув руки. Доведенное до белого каленья светлое июльское небо. Ни облачка. Ни вороны, ни стрижа — вся живность разлетелась, вспугнутая перестрелкой, или сгинула. Если слышишь пулю, значит, эта пуля не твоя. Я, конечно, сдохну, как и все. Но…
Индульгенция 1. Без права выбора
5.00
рейтинг книги
А вот и охрана с сиренами прилетела. Поздно, голубчики — мажьте вазелином зад, скоро он познакомится с колом, пройдя через подвалы имперской охранки. Пролюбили принца, так вам и надо. Ладно, что это я все о других — пора бы и о себе побеспокоиться. Кстати, да — где же мои манеры? Позвольте представиться…
Убийца
9.26
рейтинг книги
Ответил мне все так же улыбающийся Крот: – Командир, мы уже давно не маленькие дети. И не те зеленые новички, которыми пришли сюда. Нам всем приходилось терпеть боль... А крови и смерти мы уже насмотрелись. Вдоволь. Он помрачнел и замолчал, а его тираду продолжил Ламин: – Алекс, даже если мне суждено…
Маяк надежды
5.00
рейтинг книги
Целитель помог графу с болезнью и снял часть тревог. Они сдружились, объединенные воспоминаниями о далеких странах и опасных путешествиях. И Бажен Владиславович переживал за друга, ведь проблема не была решена. — Григорий Иванович человек весьма обеспеченный, — напоследок сказал эскулап. — Состояние…
Зодчий. Книга III
5.00
рейтинг книги
— Ням! — напомнило о себе ведро. Я склонил голову, чуть ли не хлопнул себя по лбу. У меня ж есть для него кое-что. Вчера подхватил, когда проверял берег озера за Орхово. Была пара мыслей на счёт построек там. — Держи! — протянул я ему гладкий серый камень, взятый из воды. — НЯМ! — восторженно проголосило…
Слово мастера
5.00
рейтинг книги
Серия:
#11 Гибрид
Правда, для комиссии по делам несовершеннолетних это было совершенно необязательно. В отличие от судебных заседаний, выступать перед подобной комиссией на пару с законником от нас не требовалось. Тем не менее у местных адвокатов было право задавать уточняющие вопросы, они могли вносить по ходу заседания…
Сеульский Подражатель
5.00
рейтинг книги
Слабость волной прокатилась по всему телу, силы медленно его покидали под воздействием лекарств. Мысли путались, и он скоро уснул. День за днем он проводил в полной темноте, пытаясь вспомнить, что с ним случилось, но безуспешно. У него на теле были ожоги, глаза совсем ничего не видели, и одна сторона…
Идеальный мир для Лекаря 5
5.00
рейтинг книги
Серия:
#5 Лекарь
— Ур! — утвердительно кивнул пернатый, тогда как маг сразу запаниковал. — Не надо какать! Каюсь, допустил ошибку! Больше не повторится! — запротестовал тот, а внутри у него уже была самая настоящая истерика. Как!? Попасть к лекарю? Откуда этот монстр мог взяться здесь? — Давай знакомиться, — лекарь…
Лекарь Империи 10
5.00
рейтинг книги
Анастасия остановилась так резко, что я чуть не врезался в нее. — А вы думаете, где сейчас безопаснее? Во дворце, где каждый второй слуга — потенциальный шпион? В министерстве, нашпигованном магической прослушкой? Или здесь, в глубоком подвале больницы, о существовании которого не знает почти никто?…
Золушка для инквизитора
5.00
рейтинг книги
Тут уже от возмущения у меня, наконец, прорезался голос. — Простите... Каких еще наследников? Вы о чем вообще? Я к вам на работу пришла, что за чушь вы тут несете? — Глупая, — усмехнулся мужчина. — Но это даже хорошо. Значит, меньше проблем будет. — Что вы себе позволяете?! Мужчина вдруг перехватил…
Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2
7.88
рейтинг книги
Кайден был близко… слишком близко, чтобы беспокоиться о чем-то или ком-то другом. Губы такие манящие, взгляд рассеянный, хмельной… И аромат… Снова этот аромат снежных ягод, что сводит с ума. – Нари… Чужое дыхание, которое колкими иголочками оседает на губах. Прерывистое, частое. Прикосновение – почти…