Дементьев Даниил список книг

Но Полина молчала. И виной тому был только что доставленный заказ. Ах, как же это льстит женщине! Такая забота и беззаветное поклонение! Прямо как у этого… как там его? Гоголя? Который про браслет написал. Гранатовый, кажется. Спектакль недавно ставили. Вот это любовь-любовь! Только автора Полина позабыла.…

— Благодарю за службу. Есаул, сейчас же отбываете на базу и через неделю прибываете за мной… — я повернулся к штаб-ротмистру. — Господин, ротмистр, вы куда должны доставить меня? — В Тифлис. — прошипел он. — Тогда через десять дней. — Зачем? — растерялся Андрей. — Есаул, я что, по вашему, до…

— Петручо, ты как? — присел я рядом с ним и начал осматривать. — Саныч, в глазах темнеет. Головой о камни шандарахнулся. Вращает… меня, — сказал мой коллега и не сдержал рвотный позыв. — Давай помогу с парашютом, — ответил я, снимая с Петра подвесную систему и сворачивая его парашют. Затем я осмотрел…

На улице вой Ратвера еще громче. Я оказываюсь за корпусом. Бегом огибаю здание, по пути связываюсь через мыслеречь с Дубным: «Ну что там?» У бывшего легионера-дроу задача проста: следить за Ратвером на расстоянии и не ввязываться в бой. «Оборотень проломил ворота и сразу же угодил в „вакуумки“,…

– Может, всё-таки я сам? – продолжил я напрягаться. – Самому как-то мне сподручнее. Я привык отвечать только за свою задницу. – Нет, вот это как раз моё условие. Я считаю, оно вполне адекватное. Хочешь – соглашайся, хочешь – нет. Я кивнул головой. Придется немного напрячься, чтобы не спалиться. Но…

— Я только оттуда, — сухо ответил он и, вновь поймав меня за руку, повел дальше, а маска хрустнула под ботинком и осталась в дорожной пыли. Забавно, но именно сегодня я собиралась в некотором роде поставить на воспоминаниях крест. Вытеснить призрак Эйдана из своего сердца, выбить клин клином. Я шла…

– Почему с незнакомым? – возразила ей Жанна, не переставая улыбаться. – Очень даже знакомым. А что, мне в мои тридцать лет надо год в невестах ходить? – усмехнулась она немного наигранно, показывая, что Сонечке столько же, и что перебирать варианты в таком возрасте попросту глупо. – Дело не в возрасте,…

Стоило мне ещё нажать как буквально через пять секунд в комнату забежала девушка лет двадцати пяти в униформе служанки. — Господин, вы очнулись! Девушка тут же подбежала ко мне. Помогла сесть поудобнее, а затем начала изучать данные с медицинского оборудования. — Сколько я был без сознания? — Говорить…

— Падла длинная, чё пялишься? Помогай, — пропыхтел Саныч. — Что ты там вякнул? — спросил я, опалив толстяка взглядом. — Н-н-ничего. Я так. Сдуру сболтнул. К Шпале… эээ в смысле к Никите я и пальцем не прикоснусь. Я же обещал. Ага, — нервно улыбнулся Саныч и стал носить раненых быстрее прежнего. …

— Давай еще раз? — спросил он. — Давай! — довольно кивнула Алиса, вытирая нос. Вот только, как уже говорилось, это только в кино бывает все очень романтично. Тут же есть Валера. — Э, вы чего тут торчите? — неожиданно громко похлопал по крыше хозяин поместья. Емеля с Алисой аж подпрыгнули. Конюх…

— Получилось?! — взволнованно выдохнул Громов, приникнув к оконному стеклу. — Ага, ты молодец. Спас город. — Но почему-то я себя чувствую круглым дураком, — пробормотал мужчина и подозрительно посмотрел на меня. — Признайтесь, Локки, вы просто издевались надо мной? Воспользовались моим шоком? Я ведь…

— Он… — говорит Жнец, — у него мало способов для снятия стресса. И женщины — один из немногих. — Можно вопрос? — я подаю голос неожиданно даже для самой себя. И со стороны опять наблюдаю за картинкой. Шикарная обстановка элитного пентхауса, панорамные окна, вид на город с высоты птичьего полета.…

— А это вообще законно? — удивилась молодая девушка. — Почему на охранниках столько артефактов? — А почему нет? — не понял я сути претензии. — Но ведь это дорого! — Да… — кивнул, и не стал больше никак комментировать это. Хотя вижу, что у девушки осталось еще немало вопросов. Еще некоторое время…

Безмолвные воины без каких-либо эмоций повиновались и вместе с военным советником покинули подземное святилище. Сам же Старейшина стоял мрачнее тучи и теперь смотрел на Нобу, на котором не было лица. Самурай старался скрыть свой страх и ужас, но у него это получалось плохо. Особенно на фоне выходящей…